Подняв руку с волосами Лаэллета, Бурут разразился торжествующей речью. Он подробно разъяснил, что так будет с каждым, кто дерзнет сопротивляться орочьим порядкам. Похвалил шала, мудро отправившего на Лаэльдрин самую складную банду, возобновившую контакты с троллями, и уже собирался перейти к оглашению тех самых порядков, которым эльфам придется покориться, и тут кто-то из своих бесцеремонно перебил его.
— Тоже хочешь со скалы прыгнуть? — не оборачиваясь, прорычал Бурут.
— Идут… — озадаченно ответил воин.
— Кто еще?..
Главарь повернул голову и замолк.
За поворотом скалы показались землистые, бугрящиеся мышцами туши. Округлые, приплюснутые сверху головы с покатыми лбами, большие круглые глаза без белков в тяжелых массивных глазницах, вытянутые крупные челюсти, торчащие наружу острые нижние зубы. Давешние тролли, разобрав подачку, справедливо решили, что их обманули, и привели с собой еще двоих соплеменников, чтобы получить свою долю. Бурут угрожающе ощерился. Ему снова не дали сделать пленникам внушение. Мало ли какие воодушевляющие напутствия успел наплести им их командир! Лаэллет говорил на нóре, и никто из орков не понял ни слова.
— Прогнать тупоумков! — велел главарь свите.
Шестеро орков миновали повозку и встали поперек дороги.
— Э, вы! Валите восвояси отседова! — выкрикнул один, вынимая из ножен ятаган и направляя его в сторону троллей. Те переглянулись и сделали вперед еще несколько шагов.
— Отседова, я сказал! — повторил первый воин. Его товарищи также выхватили оружие.
Тролли нерешительно остановились и, похоже, с трудом что-то соображали.
— Добыыыча, — сказал один из них. Будто тяжелый валун проволокли по земле.
— Нет больше ничего, будет в белой крепости! — гаркнул другой орк. — Все! Восвояси!
Тролли постояли на месте, переступая мощными, тяжелыми ногами, и вдруг один с ревом взмахнул дубиной. Стоявший ближе всех к краю дороги воин слетел с обрыва. Остальные бросились врассыпную. Тролли двинулись следом.
— Остановить! — заревел главарь.
Разозленные тролли умели двигаться достаточно быстро. Пара кулаков ударила по повозке. Прикованные эльфы едва успели прикрыть головы руками: крыша разлетелась в щепки. Лошади заржали в ужасе и рванули с места, но поврежденное колесо провалилось в трещину в скале. Повозка встала намертво. Рывок швырнул пленных оземь. Тролли начали разбирать показавшиеся из-под досок мешки и тюки. К ним уже бежали вооруженные орки из лагеря. Раздались злобные крики. Палицы троллей и орочьи ятаганы с булавами засвистели в воздухе. Бурут отлетел к скале. Наль вжался спиной в землю и лишился дыхания, когда мимо протянулась огромная зеленоватая ручища:
— Добыча, добыча, добыча…
Снова полетели щепки. Несколько цепей лопнуло и со звоном метнулось по земле.
Наль схватил за плечо Ральгара:
— Мы должны выжить!.. Командир Лаэллет сказал…
Тот уже отдавал команды освободившимся. Никто из бьющихся не замечал пленных, однако, если эльфы и уцелели бы между двух огней в побоище, оставшиеся победители сразу вспомнили бы о них. Пережидать эту бурю равносильно самоуничтожению.
Эльфы замелькали среди троллей и орков светлыми вспышками. Они бежали к шатрам, достать свою обувь, оружие и ключи от кандалов. Прикованный Ральгар протянул руку, спасая обороненные главарем орков волосы Лаэллета. Отполз к оставленной троллями развороченной повозке и, оторвав остатки рукава своей сорочки, бережно завернул реликвию и спрятал за пазуху.
Кто-то пытался освободиться сам, сбивая замок кандалов подвернувшимся камнем. Перебежками возвращались первые освобожденные. Тролли любили пещеры и сумерки, и плохо видели неподвижные предметы в дневном свете. Это помешало им отвлечься от основных противников.
— Разбирайте оружие, — задыхаясь, развернул лязгающий сверток Тирнальд. Наль нашел Снежный Вихрь и один из своих кинжалов. Следом вернулись остальные эльфы с обувью, связкой ключей и оружием. Орки даже не удосужились протереть трофеи от темно-зеленой тролльей крови. Засохнув, та сделалась угрожающе черной. Веринн подвел еще лошадей.
— Тише, хорошая, — ласково проговорил Ральгар, поглаживая мелко дрожащую и исходящую пеной лошадь, впряженную в повозку. — Вокруг так много расселин и обрывов… — его голос прервался. — Не спеши… Сейчас мы освободим вас и ускачем отсюда.
Немного успокоенная лошадь позволила снять с себя сбрую. Среди первых подсадили Келора. Позади него для подстраховки вскочил Тирнальд. Один из троллей повернул тяжелую голову вслед беглецам. Вопль его прогрохотал над дорогой, как раскалывается огромная каменная глыба. Он пустился в погоню. От тяжелой поступи задрожала земля.
— Хатшар! — по-орочьи крикнул Ральгар, подгоняя лошадей. — Хат зур чурак!