Она никогда не хотела от жизни многого. Просто свой дом, любящий муж и детки. Но из-за проблем со здоровьем она не может иметь детей, и враз всё потеряло смысл. Осталось забиться в угол, жалеть себя и плакать. Но судьба даёт ещё один шанс: её приглашают на работу в солидную контору с красавчиком генеральным директором. Так может надо попробовать жить ради чего-то другого?
========== Глава 1 ==========
Ночь и тишина и вдруг резкий как молния звонок врывается в квартиру. Играет привычный рингтон – «Одиночество Сволочь». Эту мелодия как нельзя лучше отражает все мои чувства. Просто я всегда хотела быть одна. Хотела дома сидеть и никуда не ходить. И вот моя «мечта» сбылась. Теперь я всегда одна. Мамка уже пару лет живёт у бабушки, у той начались проблемы со здоровьем и мамка к ней переехала. А я осталась в пустой холодной квартире, всеми брошена и забыта.
Беру телефон и жмурюсь, пытаюсь разглядеть, кто звонит. У меня со зрением нелады, давно пора очки носить, но на это я пока решиться не могу. У меня есть даже линзы для особых случаев. А в очках пока мне даже по дому ходить не хочется. Считаю, что если надену их – то окончательно распишусь в своей старости. Я сказала о старости, но мне всего двадцать шесть в июне исполнилось. Но всё лучшее осталось далеко позади, далёким летом две тысячи не помню какого, а сейчас всё «покрашено» серой краской. И во всём я виновата сама.
– Кто так поздно звонит, – недовольно ворчу себе под нос и беру трубку.
– Привет Юлечка, не спишь? – Голос Катюхи, наверное, она единственная, кого я сейчас рада слышать.
– Приветик, Кать, теперь уже не сплю… – она не даёт мне закончить.
– Короче тут такое дело, наш генеральный на завтра все собеседования назначил. Ну я тебе про него рассказывала, высокий такой, важный… – она тарахтит без умолку и я не всё могу разобрать.
– Собеседование, ты о чём? – останавливаю я её. Похоже, у меня уже проблемы с памятью начались, или это от таблеток, которые я принимаю. Хоть я и раньше соображала не то чтобы быстро, но сейчас конкретно так торможу. А в школе отличницей была, а в институте… институт… на втором курсе я ушла в академотпуск по беременности, из которого так и не вернулась. Не люблю об этом вспоминать. Но первый год я отучилась на круглые пятёрки (если не считать одну пересдачу, когда я в больнице лежала).
– Как это о чём? Сам Зотов, наш генеральный, проводит собеседование, хоть обычно он этим не занимается. Ну ты что забыла? Я же тебе уже который день о нём твержу.
– Зотов, Зотов, – мучительно пытаюсь вспомнить я. – Это который в костюме всегда ходит.
– Ну да. – Радуется Катюха, что не придётся мне всё заново объяснять.
– И ещё у него секретарша супермодель, блондинка метр восемьдесят… И ещё жена, и любовница, и у каждой от него по ребёнку, – такие факты я обычно быстро вспоминаю.
– Да-а-а, – радуется Катюха. – Он тот ещё красавчик. Широкоплечий, загорелый, с чёрными как у тебя волосами. А ещё он холост.
«А как же жена и ребёнок, любовница и ребёнок… Ладно слушаю дальше».
– Короче нам СММ менеджер нужен, и тут я про тебя вспомнила. Ты всё там же работаешь, в салоне красоты?
– Да, – иронично улыбаюсь, – больше никуда с неоконченным высшим меня не берут.
– Давай завтра к нам на собеседование, я выбила для тебя время, написала за тебя резюме и ему подбросила. Написала, что ты отличницей была, самой умненькой, ну Юлька, ты же умница.
– Да какой-там… – отмахиваюсь. – Я даже слова «СММ» не знаю. Кстати, а что это?
– Разберёшься. Там ничего сложного, я помогу тебе, – переходит на шёпот. – Кроме того босс не шибко-то на знания смотрит. Видела бы ты, какие у него вчера девчонки были, я думала, он проституток вызвал. Так что никаких штанов. Самая коротенькая юбочка, самые высокие каблучки, укладка, агрессивный мейк. Юлька ну ты же умеешь.
– Я? Кать ты меня с кем-то путаешь. Не понимаю при чём тут я.
– С кем-то путаю? С тобой, какой ты раньше была, ты что уже забыла?
– Всё в прошлом, вся эта жизнь в прошлом. А сейчас я одинокая старая дева, тихо живу одна в своей квартире. Осталось кошку завести, десять штук.
– Юль, ну сколько можно хоронить себя. Забудь уже о нём, живи своей жизнью. Кроме того, какие там модели – ты самая красивая из всех кого я знаю.
– Спасибо, – у меня даже слёзы на глазах, так приятно услышать комплимент от подруги.
– И я не позволю тебе похоронить себя в двадцать шесть, слышишь. Бери ноги в руки и завтра к одиннадцати как штык на собеседование.
– А резюме? Ты говорила, что подготовила его…
– Резюме твоё я подала и вставила туда твою самую лучшую фотку из контакта.
– Ту где я с Толиком?
– Не-е-е-ет, Толика я затёрла, и тебе пора перевернуть эту страничку.
Толик это мой бывший, у нас всё так хорошо начиналось, и я почти сразу залетела. А дальше… дальше было то, о чём я без слёз не вспоминаю. Сколько лет с тех пор прошло? Семь! А я помню каждое слово, каждый шаг, каждый жест, как будто я каждый день проживаю этот миг. Это мой «день сурка». Всё, что было после не имеет для меня никакого значения.
– Юлька, ты чего замолчала? – тормошит меня Катюха, она такая шустрая стала, хотя из нас двоих это она всегда была заторможенной.
– Думаю.
– Ты, думаешь? А ну хватит думать, ты не думаешь, ты сомневаешься. Ты всегда во всём сомневаешься. Поэтому и жизнь у тебя такая сомнительная. – Катька иногда такая бестактная. Но я ей всё всегда прощаю. – Ладно, завтра в одиннадцать, и лучше приезжай пораньше. Не подведи меня, девочка.
