генеральным директором, на которых мы выработали общую стратегию и договорились, что он не будет предпринимать никаких действий, пока «JOS» не разгребет весь этот
мусор вокруг себя. Я выиграл для нас немного времени.
— Я не сомневалась, что ты сможешь сделать это, Макс.
— Да, но это было чертовски трудно. Окажи мне, пожалуйста, небольшую услугу и
пришли мой костюм на завтра домой к Стелле? Я собираюсь поехать к ней сразу же, как
только мы приземлимся.
Молчание.
— Дана?
— Мальчик мой, это невозможно. Стелла уехала из дома на несколько дней. Она
прислала мне презентацию на четверг по почте и сказала, что будет доступна только по
электронной почте и телефону, т.к. уезжает, чтобы подготовиться к собранию.
— Лейси?
— Она молчит как рыба и не сознается, где сейчас Стелла.
— Твою мать! Она видела фотографии.
— Да. Я попыталась объяснить, что на самом деле все не так, как выглядит, но
Лейси сказала, что это причинило Стелле боль.
Чертовы Эрика и Эдвард. Сегодня же я решу вопрос с Эрикой, а завтра найду
Стеллу.
— Хорошо, я буду на связи. Увидимся завтра. Думаю, тебя впечатлит общая
презентация. Стелла проделала отличную работу.
— Ни секунды в этом не сомневаюсь. Если бы мой телефон не был покрыт
кокаиновой блевотиной, я мог бы позвонить ей. Я никогда бы не подумал, что Эрика
сможет меня так подставить.
— Теперь ты это знаешь, — ответила Дана, прежде чем как отключиться.
Наконец-то оказавшись дома, я испытал облегчение. Последние несколько дней
стали сущим адом. Я буду просто счастлив, если удастся принять душ до разговора с
Эрикой. Конечно, я стал бы намного счастливее, если бы сейчас глубоко погружался в
Стеллу, а ее бедра обхватывали меня. Все мои мысли, которые не касались работы, были
направлены только на нее. Вкус ванили на ее губах, то, как она стонала, когда мы
целовались, как она ощущалась в моих руках. Самым большим испытанием для меня
стала ее просьба развивать наши отношения не спеша.
Эрика затаскивала сумки вслед за мной, и я поспешил скрыться в душе, избегая ее.
Горячая вода смыла часть напряжения, но мой изнывающий член настойчиво требовал к
себе внимания. Медленно поглаживая его, я представил себе длинные ноги Стеллы в
красных туфлях на шпильке, которые она надевала на прошлой неделе. Улыбку, которой
она меня одарила, пока я нежно целовал ее за ушком. Тихие стоны, которые она издавала, когда я прижался к ней и почувствовал сквозь тонкие шортики, насколько она стала
влажной. На меня нахлынули воспоминания, и я стал двигать рукой быстрее. Мысли о
ванили и клубнике передавали мне ее воображаемый аромат, и я сжал свой кулак сильнее.
Господи, ее волосы в моих руках, ее тело, грудь трётся о мою грудную клетку через
тонкую обтягивающую майку. Мысли о том, как я раздеваю ее и наконец-то пробую
сладкую киску, как она извивается, умоляя меня о большем, полностью завладели моей
головой. Член пульсировал в руке, я еще сильнее сжал его. Представляя себе наши
переплетенные тела, я взорвался. Прислонившись к стене, принял окончательное решение: пришло время рассказать Стелле всю правду об Эрике.
Я вытерся полотенцем и оделся, надеясь поговорить с Эрикой до того, как она
примет что-нибудь покрепче. Она разогревала на кухне еду, которую оставила для нас
домработница.
— Эрика, нам нужно поговорить.
— О чем это, дорогой? — спросила она, соблазнительно облизывая вилку.
— Ты знаешь о чем. Это ты вызвала репортеров вчера вечером?
— Конечно, эту бредовую статью, в которой тебя называют самым завидным
женихом в Атланте, нужно было опровергнуть.
— Эрика, мы уже проходили через это. Я — холостяк. Тебе стоит, наконец, понять, что между нами ничего нет.
— О, Максвелл, мы сможем справиться с этим.
— Нам не с чем справляться. У тебя нелады с наркотиками, и ты втянула меня в
свои проблемы. Я хочу жить нормально, но ты даже не пытаешься двигаться дальше.
Между нами было просто временное соглашение.
Она изменилась в лице, а ее губы задрожали. Я же не чувствовал сейчас сожаления, вместо этого все мои мысли вернулись к брюнетке, которая находилась сейчас Бог знает
где и читала вранье, которое Эрика помогла сфабриковать.
— Эрика, меня все это уже достало. Ты переезжаешь, завтра утром с тобой
свяжется мой риелтор.
Я встал, собираясь уйти, и услышал, как первая тарелка разбилась об пол.
— Ты, гребаный ублюдок, я никуда не поеду! Я люблю тебя!
Я быстро ушел к себе в комнату и запер дверь на замок. Дом наполнили звуки
разбивающейся посуды и ударов, а затем раздались всхлипывания. Те же фальшивые
всхлипывания, которые я выслушивал каждую неделю. Эрика еще не осознала, что в этот
раз я настроен серьезно. Она уедет.
***
— Ты сможешь достать мне телефон в течение часа и скопировать на него все
данные с этого? — спросил я у айтишника, который сидел напротив меня. Он уставился
на телефон так, словно тот был заражен вирусом Эбола.
— Могу попробовать, сэр.
