За моей спиной стоял Ник в одних боксерских перчатках и спортивных шортах, отрабатывая серию ударов по груше. В этот момент я поймала себя на мысли, что никогда прежде и не думала, что бокс может быть так прекрасен.
Удар, удар, еще удар… И мне стало казаться, что рыбы и звери, переплетенные в ветвях орнамента на его рельефной спине, ожили и тоже двигаются.
Самым разумным для меня было быстро взять коврик и незаметно уйти. Но, то ли я еще не проснулась и жутко тормозила, то ли музыка с напевами тибетских монахов настраивала на другой лад. В общем, процесс с прихватизацией коврика затянулся и Ник, словно почувствовав, что он не один, резко повернулся.
Так меня и застукали. Сердце пустилось вскачь, только я застыла, как вкопанная, не в силах отвести от него взгляда.
Его волосы намокли от пота. Ник глубоко дышал и что-то говорил, но я слышала только тибетскую ритуальную музыку и пение монахов. На его лице бушевали эмоции, а рот открывался как раз в тех местах, где те самые монахи самозабвенно подвывали. Звук накладывался на картинку и это было невероятно смешно! Сама не заметила, как расплылась в глупой улыбке. Ник, и без того не очень добрый с утра пораньше, снял боксерские перчатки, подскочил и выдернул из моих ушей несчастные наушники.
Без монахов почему-то сразу стало грустно и страшно. Даже вспомнилось: «Отче наш, Иже еси на небеси».
– Кто ты такая, Арина? Что тебе нужно? Почему ты следишь за мной?
Его рельефная грудь часто поднималась. Он навис над моей головой, посыпая ее все новыми и новыми вопросами. Все крепче обнимая злосчастный трофей, я инстинктивно вжалась в стену, со слабой надеждой пройти сквозь нее.
– Посмотри на меня, – сказал он уже тише и мягче.
Набравшись смелости, я подняла голову. Сначала я заметила, что он побрился, кожа его лица выглядела гладкой и бархатистой. После, увидела свое испуганное отражение в его глазах, а он, уже почти не дыша, все рассматривал мои. Вся эта ситуация выбила меня из колеи. Он стоял так близко, что меня окутал жар его тела, в котором с запахом кожи смешались свежий бриз и брызги морских волн. В общем, я разволновалась и снова начала икать.
– Так зачем, Арина? – проговорил он почти шепотом мне в лицо.
– Прости… Ик… Я не понимаю, о чем ты… Ик… Я только хотела взять коврик, – с этими словами мне каким-то чудом удалось проскочить в приоткрытую дверь.
Не останавливаясь, я так и бежала на верхнюю палубу, пока по щекам, от переизбытка целой палитры эмоций, одна за другой стекали непослушные слезы.
Обожаю йогу! Простой и эффективный способ избавиться от икоты, снять стресс, убрать лишнюю плаксивость и тревожность, забыть, хоть на какое-то время про тех, кто раздражает тебя и кого раздражаешь ты – в общем, обрести гармонию. Тибетские монахи в моем плей-листе после инцидента в спортзале стали вызывать неприятные ассоциации, и их с не меньшим успехом сменили ребята с альтернативным роком из Британии.
За полтора часа я уже порядком измучила свое тело разнообразными асанами. Опробовала все, какие только вспомнила. Напоследок расположилась в позе лотоса и закрыла глаза, растворившись в музыке и заверениям неврологам, которые утверждают, что регулярная медитация действительно изменяет разум, помогая контролировать эмоции, усиливать концентрацию, и даже становится ближе к окружающим.
Странно, но медитируя, каждый видит что-то свое: кто-то летает в облаках, кто-то бежит по пшеничному полю, я же каждый раз представляю, как плыву в океане, подобно русалке, и, вроде, жабр у меня нет, но я все равно дышу водой. Может, в прошлой жизни я была рыбой?
Когда подняла ресницы, прямо передо мной в той же позе лотоса сидел самый близкий на сегодня из окружающих меня людей.
– Что слушаешь? – спросил сонный Артем, а его лицо озарила теплая улыбка.
Я улыбнулась в ответ и, ничего не говоря, протянула ему один свой наушник, который он тут же вставил в ухо и закрыл глаза. Мы еще какое-то время так и сидели, слушая одну на двоих музыку, растворяясь в «limestone rock», а именно так однажды провозгласил музыкальный стиль этой группы ее фронтмен. Но вскоре нас начал атаковать, а главное, облизывать, неугомонный Скай.
Вместе со Скаем на верхнюю палубу поднялся хмурый Ник. Украдкой он поглядывал на нас и на его лице в очередной раз появилось недовольство, которое он даже не пытался скрыть. Эту странность заметил и Артем.
– За что ты так любишь его? – задала, наконец, вопрос, который давно крутился в голове. – Мне иногда кажется, что это совсем не тот человек, о котором ты с таким восторгом рассказывал.
– Вот увидишь, после завтрака его настроение улучшится, – Артем прищурился от солнца, а затем снова перевел взгляд на фигуру Ника, застывшую у штурвала. – Он тот, кто всегда скажет мне правду, какой бы она не была. А еще, когда все опустят руки и отвернутся, он будет бороться, даже если останется совсем один. Наверное, за это и люблю.
За завтраком будучи подготовленной, и не дожидаясь подсказок, я сама взяла за руки своих соседей по столу, а именно: Артема и Ника.
