В этот раз я уже никого не хватала за руки.
– Никогда не забуду «холодок» по спине, когда на тебя плывет такая махина, еще и скалится, – продолжал делиться впечатлениями от погружения Артем, эмоционально размахивая руками.
– Джем, Ник, а вы давно знакомы? – спросила я ребят, сменив, наконец, тему.
– Сидели вместе, – с какой-то трагической интонацией ответил Джем, старательно накручивая спагетти на вилку.
Ник поднял глаза, ожидая моей реакции, но я только улыбнулась. Они меня снова разыгрывали, это было ясно, как белый день.
– За одной партой? – уточнила на всякий случай.
– Не угадала. В аэропорту Джона Кеннеди в Нью-Йорке, – пояснил Ник, отпивая апельсиновый сок из стакана. – Рейс сильно задержали из-за урагана, там мы и нашли друг друга. Почти сутки ждали вылета, а за это время разработали наш первый успешный проект.
– Да уж, спасибо Аэрофлоту, – смеясь, подтвердил Джем, продолжая мучить спагетти.
Почти все уже закончили трапезу и отложили приборы, когда Артем закашлялся и наклонился в сторону, сложившись почти пополам.
– Джем, чем ты нас накормил? – произнес он хрипло откуда-то из-под стола.
– Тебе плохо? – я не могла понять, что с ним и погладила по спине.
– Сейчас стошнит, – еле слышно отозвался Артем.
– Пойдем, отведу тебя в ванну, – обеспокоенно обратился к нему Ник.
Все непроизвольно наклонились в его сторону и замерли, готовые в любой момент помочь. Он в очередной раз закашлялся и тут с непонятными звуками на нас полилась какая-то зеленая пена. Артем, смеясь, поднялся в полный рост и бросил баллончик удивленному Нику, тот быстро сориентировался, в его руках пена была уже розовой. А у Джема, уж не знаю как, оказалась желтая и синяя.
Все это походило на безумие! На дождь из разноцветной пушистой ваты, которая оседала на волосах, коже и одежде. Все повыскакивали из-за стола, вокруг которого началось хаотичное движение, смеялись, бегали, прыгали, задорно лаял Скай. Нас с Вики в первую же минуту ребята украсили по полной программе, а после взялись друг за друга. Так весело мне уже давно не было!
– Что это такое? – завопила Вики в шапке из разноцветной пены.
– Пенная вечеринка! – радостно прокричал Артем, не прекращая разукрашивать Джема и Ника в зеленый цвет. – Йоху-у-у!
– Ты забыл, что тебе уже не десять? – не сдавалась Вики, пытаясь закрыть лицо ладонями.
– Сестренка, в душе я все тот же мальчишка и тебе взрослеть не советую.
Пока я отвлеклась на Артема, который, теперь уже вместе с Джемом гонялся за сестрой, на мою голову и плечи легла новая партия. Пена начала уверенно сползать на лицо, но не успела. Мои глаза заботливо закрыла теплая ладонь Ника, который аккуратно убрал надвигающуюся лавину со лба. Проделывая это, Ник наклонился так близко, что я чувствовала, как он дышит, а вот я, кажется, дышать совсем перестала.
– Розовый тебе к лицу, русалочка, но прятать такие глаза – это преступление, – произнес он неожиданно проникновенно, когда наши взгляды встретились.
Вредные привычки или радости жизни?
– Ничего, жить будет, – заверил Бонд удивленного напарника, стаскивая с обездвиженного тела футболку и шорты с логотипом яхт-клуба.
Изначально Сухой планировал договориться, но у Бонда на этот счет было свое видение и все произошло так быстро. Один удар по голове и молодой, но увесистый парнишка, проведет пару часов в отключке в кабинке туалета еще и в одних труселях.
– Что дальше? – Бонд перед зеркалом поглаживал бейджик сотрудника яхт-клуба, прилипший к груди. Форма подошла ему идеально.
– Дальше обходим частные яхты. Время раннее, многие еще на своих местах. Общаемся, присматриваемся.
Бонд вооружился фоткой Арины и ее пацана. Чуйка подсказывала, что она где-то рядом.
Когда обошли треть яхт и все безуспешно, время было на исходе, как и терпение. Жутко хотелось курить и материться. Аж, разрывало!
По странному стечению обстоятельств эти пагубные привычки в их преступной организации были строго запрещены. Шеф не выносил ни запаха табачного дыма, ни матерных словечек. Имелся у него и такой пунктик. Он за это даже штрафы ввел, которые не хило били по карману. Правда, сначала надо было засветиться. Но привычка, дело такое, что со временем становится частью тебя и ты уже сам не знаешь, когда вылезет наружу. В итоге, при попадании в организацию, курить бросали все и сразу.
Со вторым пунктом было сложнее. Здесь скорее работал принцип: чем больше запрещают, тем больше хочется. Поэтому, когда собирались с ребятами на попойку, все не просто матерились, а разговаривали исключительно матом, и каждый раз обязательно поднимали тост за единственную в мире преступную группировку с цензурой.
Бонд повесил нос, в очередной раз ни с чем спустившись по трапу на причал. Неподалеку, о чем-то беседуя, стояли трое таких же, как и он, только настоящих сотрудников яхт клуба. Юра было дернулся в сторону, желая уйти незамеченным, но Федор уверенно направился к ним, засовывая по дороге бейджик парнишки в карман брюк.
