Вся его лаборатория по периметру была обставлена современным оборудованием, о названии и предназначении которого я могла только догадываться.
– Покой нам только снится, – обнаружив мой интерес, прокомментировал профессор. – Я давно не ищу работы, она сама меня находит.
Здесь были спектрометры, холодильники, разноцветные реагенты в колбах, расставленные в строгом порядке, и много чего еще. Не уверена, что у нас на родине в научных лабораториях имелось такое богатство.
– Ай-яй-яй, – покачал головой старик. – Придется наложить пару швов.
– Может, не надо? – сопротивлялся Ник.
– Надо, Николай, надо!
Полное имя непривычно резало слух, а цепкие руки старика уже делали местную анестезию.
– Не волнуйся, до свадьбы заживет.
На этом доктор Хэндрикс задорно мне подмигнул и достал не весть откуда специальную хирургическую иглу с нитками. Он уверенно накладывал швы, стягивая кожу, после чего зафиксировал сверху повязку. Сейчас док больше походил на врача, чем на именитого историка-археолога.
– Кто тебя подстрелил, спрашивать не стану, а вот отсидеться сколько потребуется, предложить могу. В вашем распоряжении гостевой домик в саду, ключ на старом месте.
– Спасибо, но только до вечера. Как стемнеет, мы уедем.
– Смотри сам. Давай уже, выкладывай, что вы там нашли, – с азартом в глазах поторапливал Хэндрикс. – Мне давно не приносят ничего стоящего, все чаще приходится любоваться на кости неприкаянных покойников, – махнул он на стол, где все еще лежал собранный по частям скелет.
Ник достал из кармана монеты и разложил на том же столе рядом с костями. При их виде у Энтони загорелись глаза.
– FACIAM EOS IN GENTEM UNAM, – воодушевленно прочел на латыни надпись на реверсе монеты. – Соединю вас в один народ! Это золотой соверен или юнайт Якова первого, объединившего две короны Англии и Шотландии. Такие чеканили с 1604. года и приравнивался он к 20. шиллингам. Изначальный вес около десяти грамм, хотя золота не больше девяти. Отлично сохранился! Великолепный образец!
Хэндрикс бросил монету в заготовленный раствор и с нетерпением принялся рассматривать следующую.
– Гинея – первая английская золотая монета, чеканенная машинным способом. Выпустил их Карл второй в 1663. году. Номинал тот же – 20. шиллингов, вес чуть больше восьми грамм, – кинул ее к первой. – И еще одна золотая гинея. Вот так. Полежат в растворе, проведу рентгенофлюорисцентный анализ.
Старик поднял на Ника заинтересованный взгляд.
– В том, что это оригиналы, я почти уверен даже сейчас. Где вы их нашли?
– В пещере на Ла-Диг.
– И много там таких? – Энтони от любопытства готов был выпрыгнуть из собственных штанов, а Ник все тянул с ответом.
– Более чем, – наконец ответил он уклончиво, одновременно мне подмигивая.
Да что ж такое? Они сговорились?
– Я верил, что его однажды найдут, просто верил и все, – Хэндрикс задумчиво улыбнулся, погружаясь в собственные мысли, и продолжил рассказ, словно видел все эти события собственными глазами. – 13. апреля 1721. года у города Сен-Дени пират Оливье Левассер по кличке Ла Бюз на корабле «Кассандра» и его подельник Тейлор на «Виктори» наткнулись на крупную добычу. Португальское судно «Вьерждю Кап» еле уцелело в шторме, но его изрядно потрепало. Семьдесят пушек были сброшены за борт, чтобы судно не затонуло. Пиратам даже захватывать его не пришлось. Корабль был буквально набит сокровищами: золотыми и серебряными слитками, сундуками с золотыми монетами, жемчугом, бочонками с алмазами, шелком, произведениями искусства, жезлами, крестами и другими религиозные принадлежности архиепископа Гоа, который плыл на этом корабле в Португалию. На этом же судне был и португальский вице-король Индии, граф ди Эрисейра. Левассер с Тейлором поделили добычу. Есть факты, что члены команд двух кораблей получили по 5. тысяч золотых гиней и по 42. алмаза. Так же сохранилась легенда, что Левассер много лет спустя, с петлей на шее перед повешеньем, вытащил лист бумаги со странными знаками и прокричал: «Сокровища мои – тому, кто до них докопается!».
– Вы думаете, это они? – вырвалось у меня и сразу стало неловко, что перебиваю столь душевный рассказ.
– Возможно, криптограмму так и не расшифровали. Были попытки, но для разгадки необходимы глубокие знания древнегреческой мифологии, астрологии и тому подобного. Вот только все пути приводили на Маэ, а не на Ла-Диг. Не исключено, что хитрый пират намеренно пустил всех по ложному следу.
Двери в лабораторию открылись и в них вошла молодая симпатичная мулатка аппетитных форм с подносом в руках, заполненным разными склянками со снадобьями. Плавно покачивая бедрами, она проплыла к столу, поставила поднос и горячо поцеловала нашего старичка в губы, на что тот с нескрываемым удовольствием ответил.
– Моя Мануэла, – с гордостью представил нам девушку Энтони. – Все молодежь, заселяйтесь в номера, а у меня тихий час, пора лекарства принимать.
