— Ванилька, обидешься, если я на пару часов оставлю тебя? Глупости никакие не сделаешь?
— Сделаю. Если долго тебя не будет.
— Шутишь? — вижу ее улыбку, — Не пугай меня. Я не надолго. Домой заеду, потом по пути в офис. Что тебе привести? Покушать. Что желает наш малыш, только не говори селедку.
— На какой вопрос ответить сначало? — серезным тоном говорит ванилька.
— На все. По очреди.
— Я шучу, Алекс! Какие еще глупости я могу делать?
— Никакие! И не думай.
— Привези мне мой телефон. Сумку мою. Они же в офисе остались?
— Наверное, Амаль, я спрашивал про еду.
— Я селедку не хочу, — и она вдруг сглатывает, — блин, меня чуть не стошнило.
— От чего? — Я сажусь рядом на кровать.
— От этой селедки! Фу! Как я могла ее есть? Масло с хлебом? — сказать, что я в шоке, ничего не сказать, — Алекс пусть выкинут все с холодильника. Меня мутит от мысли, что она там лежит.
Как понять женщин? Особенно беременных? Это будет длится все девять месяцев?
— Мама! — внезапно она вспоминает, я опять подорвался, испугался, что опять что то не так, — ты представляешь сколько раз она мне звонила? Как она теперь переживает за меня! Что же я за дочь такая, безответсвенная!
— Амаля, сейчас шесть утра. Мама наверное спит, не переживай, — вздыахю, — я сейчас привезу твой телефон.
— Ты только побыстрей, пожалуйста.
— Я теперь боюсь тебя оставить, ты черсчур волнуешься, нервничаешь.
— Я не буду, обешаю, — потом после паузы добавляет, — буду ждать тебя. Здесь.
— Здесь? А что ты можешь куда-то пойти? Я сейчас никуда не поеду!
АМАЛЯ
Через пол часа после ухода Алекса, в палате появился молодой парень, выского роста, с крепким телосложением, в черном костюме. Вид у него ну очень грозный.
— Здравствуйте, я Андрей, — он зашел после моего разрешения войти, — я буду с вами, пока не вернется Алексей Александрович, — продолжает стоять возле двери, как на службе.
— Чего? Мне никто не нужен, не стоит, — отвечаю, но в данный момент даже встать не смогу, яс капельницей.
— У меня приказ, быть с вами и я его не нарушу.
— Вы не в армии, чтобы приказам подчиняться.
— Я на работе, — главное стоит в мою сторону не смотрит, смотрит прямо. Ну Алекс, ну гад.
— Подождите снаружи.
— Не могу. Мне велено внутри.
— Звоните ему. Сейчас же звоните ему, у меня нет телефона.
— Не могу.
— Как это вы не можете? — я смотрю и не понимаю, он робот или человек? — вы не можете мне отказать. Просто позвоните. скажите что я хочу поговарить.
К моему великому облегчению, он достает телефон, звонит.
— Алексей Александрович, — говорит он, — тут с вами хотят поговарить, — не знаю что там отвечает Алекс, но этот сразу несет мне телефон.
— Алекс! — я так кричу.
— Милая не кричи так, что случилось? Не волнуйся, не нервничай, тебе нельзя. Думай о ребенке. Я как чувствовал, что тебя ни на минуту нельзя оставлять.
— Кроме как пристутствие. этого….в моей палате-ничего не случилось! — выдыхаю тяжело, а этот вирзила стоит смотрит на меня, даже не отворачивается сволоч! — пока не случилось. Алекс, — уже шопотом произношу, чтобы этот не слышал, но знаю слышет, — убери его из моей палаты.
— Андрей, его зовут Анлрей, я ему сказал, побыть с тобой. За каждый твой шаг он несет ответсвенность. Хотя тебе строго запрещено вставать. За этим он и будет следить.
— Я не буду вставать, Алекс, мне мой ребенок тоже важнее всех на свете, и я не собираюсь вставать с места, ну только по нужде. Я понимаю всю серезность моего состояния. И я не маленькая….. Я в палате одна, зачем он мне здесь нужен, — этот смотрит хмурит брови, — убери его. Немедленно.
— Он тебе мешает? — таким спокойным тоном он отвечает, как будто все так должно быть, а я на пустом месте волнуюсь.
— Если ты волнуешься, что я боюсь одна находиться в помещении, то переведи меня в обшую палату!
— Нет, об этом речи не может быть. Он будет там, смотреть за тобой. И это не обсуждается.
— Тогда пусть снаружи. Стоит снаружи. Ты же не думаешь, что я прыгну с шестього этажа?
— Он тебе мешает?
— Алекс, — я смягчаю голос как могу, — представь я к тебе в палату поставлю девушку, посторонюю, — кажеться я сморозила глупость, потому что он на другом конце смеется, хохочет.
— Я был бы… — гад, он ржет, — ладно он будет снаружи. Ванилка…
— Я не разговариваю с тобой. Все. — даю телефон этому верзиле, слава Богу он выходит.
Я знаю, он был бы рад и вовсе не против, постороней бабы в своей палате. И не только палате. Все одинаковые.
С трудом дожидаюсь, когда докапает капельница, чтобы спать. Так спать хочется. Наконец- она заканчивается, я нажимаю на кнопку вызова медсестры.
— Доброе утро еще, — всегда улыбающаяся медсестра, — вам назначена сдача крови. Так что я сейчас сниму капельницу и возьму кровь. На патологии плода.
Позже меня посетил Валерий Виссарионович.
— Как ваше самочувствие? Живот не болит? не тянет? — я отрицательно мотаю головой, — по результатам анализов крови — у вас анемия. Я выпишу вам железо. Принимать не по инструкции, а как я вам скажу. В пять утра, каждый день, в течении месяца, ставите будльник, таблетку и стаканчик с водой рядом, встали впили и легли дальше спать. Понятно?
