— Говорят, в Австралию, в наркологическую клинику. Думаешь, надеется, что, вернувшись, она возьмётся за ум?
— Я… не знаю. Это не моё дело. Мне всё равно, что у Жилина на уме. Семь пятниц на неделе. То не нужен внук, то нужен. Мне жаль Егорку. Он славный парень. Посмотрю, что за отец у него, а то, может, детдом это не так уж и плохо. Ваш гламур — сплошная ересь. Жизнь из удовольствий, шмоток и постоянного соревнования, у кого больше. Прости за прямоту. Это не моё. Я не ханжа. Признаю, клуб роскошен, сервис отличный, можно знак качества ставить, но расслабляться, как ты выражаешься, там я не желаю. Мне проще на байке погонять. Удовольствия больше, — выговорилась Слава, глядя на проносящиеся улицы. — Похоже, подъезжаем. Спасибо за вечер. Завтра загляну.
— Постой. Не ходи одна в «Джимбо», — нервничая, произнёс Юрий, когда остановил машину возле подъезда. — Там…
— Знаю я что там: секс, наркотики и рок-н-ролл. Не переживай. Обещаю оставить бар в целости. Стриптиз танцевать не буду, колёсами не закидаюсь. Разве что перееду кого-нибудь на байке, — шутя, ответила Слава. О баре «Джимбо» в городе не слышали только древние старушки и младенцы, одни из-за глухоты, другие по малолетству. Именно из этого заведения привезли в роддом истекающую кровью Виту.
— Зря смеёшься.
— Ты же доктор. Спасёшь, если что. Не дрейфь. Доброй ночи. Попробуй выспаться до дежурства, — девушка вновь попыталась выйти из машины.
— Позволь побыть другом, — смирился мужчина, взглядом приглашая дождаться, когда он проявит полагающуюся галантность. — Одна минута и ты свободна.
— Уговорил.
Довольный тем, что Слава послушала его, Юрий выскочил из машины, обогнул её и открыл дверь с пассажирской стороны.
— Прошу, — с улыбкой произнёс он и протянул руку.
— Спасибо.
Слава уцепилась за крепкую ладонь и выбралась из салона. Босые ноги ступили на асфальт. Приятного было мало, но всё же лучше, чем каблуки. Гораздо удобнее нести туфли в руке.
— Эй! — вскрикнула она, взмыв в воздух. От неожиданности она махнула рукой, и острые каблуки прочертили по мужскому лицу две полосы. — Поставь меня на землю, друг.
— Вот именно, друг. Как друг, я не могу позволить тебе собирать грязь. Вдруг ещё наколешь пятку чем-нибудь. Мне не сложно, — довольно ухмылялся Юрий, нажимая на кнопку брелока, чтобы закрыть машину. Сейчас он не распускал руки, а использовал их в самом правильном качестве — бережно держал на них то, ради чего был готов отказаться от всех удовольствий светской жизни. В эйфории он не ощутил удара каблуками. — Доставай ключи.
— Друг, ты делаешь себе больно, — расстроенно сказала Слава и, порывшись в рюкзачке, выудила оттуда связку ключей.
— Да, я делаю больно себе, — шепнул он и уткнулся носом ей в волосы. — Не переживай. Ты в безопасности.
— Я знаю, — смутилась она, позволяя нести себя к лифту. — Вообще-то, я хожу по лестнице. Но так и быть, облегчу твою участь.
— По лестнице? Отлично. Какой этаж? Куда идти?
— Этаж четвёртый. Лестница там, — Слава показала направление. — Хватит уже шутить. Поставь меня на пол. Дойду сама. Обещаю вымыть и продезинфицировать ноги самым тщательным образом.
— Молчи, подруга. Дай мне пострадать вволю, — усмехнулся Юрий и слегка подкинул её в воздух, чтобы удобнее взяться.
— Что с тобой сделаешь? Страдай, — улыбнулась девушка и ухватилась за его шею. Ей стало уютно. Она точно знала, что находится в руках друга, который не позволит себе ничего большего. Чуйка работала исправно.
Они поднялись на четвёртый этаж с небольшими передышками. Несмотря на физическую выносливость, чувствовалось, что спасателю босоногих жертв светской жизни это далось нелегко. Дыхание стало тяжёлым, лицо раскраснелось. И всё же до двери он ни разу не отпустил Славу, и лишь когда она открыла замок, бережно поставил ношу на пол её собственной квартиры, но сам так и не переступил порог.
— Доброй ночи, — шепнул он и поднял руку, прося мгновение передышки. — Ты упряма как сто ослов. Сейчас…
Достав из кармана бумажник, Юрий вытащил из него клиентскую карточку «Джимбо».
— Держи. Много не пей. Они мешают непонятно что. Жанетта любит красный цвет. У неё грудь размера D всегда выскакивает из декольте. Не промахнёшься. Пожалуйста, позвони мне, если что-то пойдёт не так, — умоляюще сказал он, вкладывая в ладонь Славы карточку. — Даже если всё так, позвони.
— Эй, мы же увидимся утром. Умыть лицо не хочешь? — она с улыбкой смотрела на две грязные полосы, пересекающие лицо.
— Нет. Этот порог мне лучше не переступать, — с грустью ответил он. Кто бы знал, как он желал сделать именно это: ворваться в квартиру тараном, перекидывая на ходу хозяйку через плечо, и упасть с ней на диван, кровать, пол, на что угодно и подарить наслаждение. — Мы друзья.
— Тогда могу предложить салфетку, — Слава достала из рюкзачка маленькую упаковку влажных салфеток и вытащила одну. — Ты позволишь или сам?
— Будь любезна, доставь мне муки ада, — Юрий закрыл глаза и затаил дыхание. — Ты профи.
