Дзен и железяка полностью

Дамир, когда закончились формальности и приветствия, под утро оставил отцовский дом. Проснувшись после обеда, он немного позанимался в домашнем спортзале, принял душ и выпил кофе.

Размышляя, не поехать ли на работу, где сейчас абсолютно пусто, и никто не помешает ему разбирать бумаги, он вдруг вспомнил про вчерашнюю встречу.

– Хм…

Набирая номер блондинки, он размышлял, как ее раскрутить на откровенность насчет университетской подруги.

– Привет. Это Дамир. Ты вчера в ресторане оставила свой телефон, – сказал он. – Как твоя нога? Не подвернула? Растяжения нет? Ну и отлично. Хочу пригласить тебя в ресторан. Если у тебя, конечно, на сегодняшний вечер нет никаких планов.

У него всегда была бронь на столик в «Черчилле».

***

Ирина Зотова закончила разговор по телефону и с победным кличем запрыгала на кровати. Огромный сексодром занимал четверть изостудии, которую она снимала.

– А-а… Блин, – услышала она подозрительный треск под собой.

Спрыгнув с постели, она приподняла матрас и убедилась, что две ламели сломаны. Ладно, плевать. Вызовет мастера или попросит нового любовника применить мужскую силу, пока она будет сидеть рядом и восхищенно взирать на его трицепсы и бицепсы. Мужики от этого млеют. Но это позже.

Сразу нельзя вешаться на мужчину, посчитает дешевкой. Но и динамить до бесконечности тоже нежелательно. Надо определить точку невозврата для конкретного мужчины, когда он, распаленный и доведенный до предела, готов на все. Главное, чтобы ему это не осточертело. Перегибать палку нельзя.

Та-ак, что тут у нас? На переносных плечиках красовалось с десяток стильных платьев, которые Зотова купила в европейских и столичных стоковых магазинах или с рук.

Надо выглядеть дорого. Шикарно, обольстительно, классно. Так, чтобы у мужика даже вопросов не возникало, зачем такой женщине нужна еще одна норковая шубка, колечко с бриллиантами, брендовая сумочка, салон красоты или абонемент в фитнес-клуб.

Она собиралась. Кружевное белье, колготки-паутинки, золотистое платьице, украшенное настоящими страусиными перьями, вшитыми в подол и рукава, невесомые ботильоны, удлиняющие и без того стройные длинные ноги, цепочка, пара колечек, хайлайтер на безупречной золотистой коже, нежный блеск для губ, тушь и легкая укладка волос...

Все как бы небрежно и естественно. Локоны словно сами собой струятся по спине. Мужчинам нравится зарываться в них лицом и перебирать их руками, пока они в постели.

Дорогой парфюм. Она задумалась, курит Караганов или нет. Надо что-то ядреное, пшиков пять, мужики от этого млеют. Зотова щедро полила себя «сладкой жизнью» и, довольная собой, покрутилась перед зеркалом.

***

Дамир подъехал к дому на Полярных Зорях и посмотрел наверх, где виднелись панорамные окна изостудий. Занятно. Неужели блондиночка рисует? Точнее, пишет картины. Он не ожидал от такой пустышки чего-то серьезного. Очевидно, первое впечатление обманчиво.

– Алло, – снова набрал он Зотову, объехав дом через арку и припарковав свой «рэндж ровер» во дворе. – Как к тебе подняться?

***

– Привет, – изобразив скромницу и хорошую девочку, сказала блондинка. – Проходи, не стесняйся. Можешь не разуваться, тут студия.

В одном помещении было все. Огромная постель, наполовину прикрытая мольбертом с какой-то мазней, стойка с одеждой, напольное зеркало в полный рост, санузел за перегородкой, какие-то ведра с цветами – увядшими и еще свежими, – а также трельяж с косметикой.

– Так ты и живешь тут? – осведомился Караганов, немного осмотревшись.

– Да, а что? – томно улыбнулась Зотова, хотя только в декабре наконец-то съехала от соседки с другой съемной квартиры, даже еще не все вещи забрала. – Я же творческий человек.

Дамир усмехнулся. Творческий. По ней и не скажешь. Руки чистые, без малейших следов краски под ногтями. Просто девочка из богемы, которой нечем заняться, и которая играет в художницу. Получила зачем-то корочки филолога и занята шопингом и хождением по ресторанам.

Выглядит, к слову, она прекрасно. С новой знакомой не стыдно пойти в люди, решил мужчина.

– Итак, Дамир, – томно протянула женщина. – Куда мы собираемся?

– В «Черчилль», – ответил он. – Ты готова?

– Минуточку.

Она снова подошла к зеркалу, снова брызнула парфюм на волосы и вернулась к нему. Караганов чуть не задохнулся и с трудом подавил желание спросить, что за отравой она поливается. Причем дело, как он предположил, было не в качестве, а в количестве. Этот аромат был ему знаком.

– Идем, Дами-ир, – сладко пропела блондинка, глядя на него снизу вверх. – Я вся в нетерпении.

***

– Кстати, мир тесен. Откуда ты знаешь Камышину? – как бы невзначай спросил он, пока ехали, хотя знал ответ.

– О! – удивилась блондинка, сидящая рядом. – Вы знакомы?

– Через родственника.

Зотова сразу насторожилась. Проклятый Алаферов! Только бы новый ухажер не узнал, что между ними было. Тогда прости-прощай сладкая жизнь с бизнесменом. Взяв себя в руки, женщина переспросила:

– Через Тимура?

– Да.

– Ой, мы вместе ездили на турбазу, – защебетала с улыбкой блондинка. – Я с Катей в одной комнате останавливалась.