Мир словно разлетелся на тысячи осколков…
Тариэль обнаружил, что летит, почти как в недавнем сне… Но на этот раз он путешествовал не один: друзья и враги, обломки корабля и мириады соленых брызг составили ему компанию.
Не надо сердить джарджану — вредно для здоровья.
К счастью, у нашего героя был талисман, который способен защитить от разных неприятностей. Поскольку оглушенный человек может и утонуть, то кольцу пришлось потратить некоторую часть своей силы на его спасение. Тариэль счастливо избежал ударов от падающих обломков «Шаанары» и его не увлёк в глубину водоворот, образовавшийся на месте гибели корабля. В общем, он легко отделался, чего не скажешь об остальных.
Тариэль почувствовал, как некая сила подняла его над волнами и он повис в воздухе внутри радужно переливающейся, похожей на мыльный пузырь сфере. Он видел, как скрылись в бешеной круговерти Ланмар и Кано Аршад, как Джанар Ферраст, вцепившийся мертвой хваткой в обломок мачты, пытается удержаться на плаву. Он видел, как гибнут люди… Не важно, просто люди или носители демонов…
— Нет! Не смей убивать моих друзей! Верни их!
Мольба о помощи, властный приказ, отчаянье, ненависть, уверенность в своем праве повелевать — все слилось, перемешалось в душе Тариэля. На какой-то миг он ощутил, как в глубине души шевельнулся кто-то огромный и всесильный. Он держал этот мир на ладони, как изящную безделушку с очень сложным и тонким механизмом внутри. Что-то там не ладилось, не хотело двигаться так, как было нужно… Но «внутренний великан» знал, что это можно исправить.
Казалось, весь мир замер: застыли на лету обломки корабля, остановились бушующие волны, замолчали гибнущие люди. Солнечные лучи, пробившиеся из-за рваных туч, коснулись стального бока джарджаны, коснулись и испуганно отпрянули в сторону.
Тариэль испытал странное чувство: он не мог бы облечь это в слова, но… но кто-то просил прощения за неосторожные действия. Неужели… Нет, этого не может быть!
«Такие хрупкие…. Слишком импульсивна… Я могу исправить…»
…прошло, миновало и это мгновение. Сбившееся с привычного ритма сердце вновь заработало, застучало, отмеряя дольки вечности.
Тариэль ощутил странный запах, пугающий и умиротворяющий одновременно. Этот запах напомнил ему…
Да, это было так: он взобрался по почти неприступной скале, нависшей над морем, чтобы найти
Откуда пришло это видение? Из будущего? Он уже слышал это имя. Слышал не один и не два, множество раз. Сны, видения… Вещие сны? И пусть сейчас не время для размышлений на эту тему, но… Запомните имя —
Радужная сфера, окружавшая Тариэля, вдруг лопнула, и он полетел вниз с высоты полутора десятков
Все на мгновение подернулось легкой дымкой, а когда она исчезла, то бушующее море уже успокоилось, и Тариэль упал в совершенно спокойные, как в деревенском пруду, воды. Джарджана куда-то исчезла, и о недавних драматических событиях напоминали только обломки яхты, да головы и плечи людей, выныривающих на поверхность.
Не смотря на все происшедшие странности, падение с высоты прошло для Тариэля как положено: он поднял большой фонтан брызг, погрузился на глубину, хлебнул воды, заработал ногами и руками, стремясь вырваться наверх. В конце концов, это ему удалось. Отчаянно кашляя и отплевываясь, он оказался на поверхности и солнце ласково коснулось его лица теплыми лучами.
— Ну ты и напугал нас, Тариэль, — раздался голос Джанара Ферраста. — Хватайся за этот обломок, пока опять что-нибудь чудесное не случилось.
«Летучая рыба» оказалась в районе гибели королевской яхты всего через несколько хатранов. Всё это время Дигран буквально не находил себе места: взад и вперед прохаживался около рулевого, время от времени смотрел в подзорную трубу. Но перед этим у него нашлись дела посложнее.
Команде судна пришлось пережить несколько весьма неприятных мгновений: джарджана, внезапно явившаяся из морских глубин, чуть не потопила корабль, описав вокруг него несколько кругов. Она приближалась все ближе и ближе, покачивая в воздухе огромной головой. В конце концов, чудовище нависло над судном, рассматривая суетящиеся на палубе фигурки. Газияр и Чжарра, с трудом удержали матросов от постыдной паники, хотя и сами были бы не прочь оказаться в другом месте.
