— Довольно разговоров. Вы сможете удовлетворить свое любопытство позже, если только останетесь живы. Кстати, в каком состоянии раненые?
— Одного придется нести, — Ферраст обращался к колдуну, но ответил Кордун Граст. — У остальных просто царапины.
— Хорошо. В том смысле, что могло быть хуже. Необходимо собрать оружие: как знать, что нам еще предстоит. Кстати, а где митузик?
— Я здесь, господин… Мне было очень страшно, и я сделался незаметным.
Что-то серое шевельнулось на краю площадки, приподнялось на лохматых лапках и быстро-быстро подбежало к ногам грантатора.
— Незаметным… Это уж точно. Ты не пострадал? Отлично. Сможешь нести даульгросс?
— Да, господин… грантатор.
Серое нечто обрело четкие очертания, радостно закивало головой с треугольными ушками.
— Отлично. Тариэль, не стой столбом, отключи даульгросс. Тариэль!?
— А?.. Извините. Что вы сказали?
— Нужно выключить даульгросс: мы уходим через Врата на Триану.
— Так ведь он уже… Я хочу сказать, что джарджана полностью разрядила его. Теперь это просто куча бесполезных деталей да кусок камня.
— Ты уверен?
Вместо ответа Тариэль пожал плечами и отвернулся. Похоже, что в мыслях он был где-то далеко. В прошлом? В будущем? Возможно.
— Та-а-к… — протянул грантатор. — Я чего-то не понимаю. А когда я не понимаю, что происходит, мне это не нравится. Проклятье! Джанелла, что вы делаете?
Девушка стояла рядом с телом Чжарры (живого или мертвого?) и занималась чем-то непонятным. Хлесткий северный ветер бил ее по лицу, роскошные волосы развевались как траурные флаги. Вот она раскинула руки в стороны, приподнялась на цыпочках, потянулась всем телом вверх, к пронзительно ясному небу, украшенному мазками рваных облаков…
…Чжарра раскрыл глаза, пошевелил рукой, попробовал приподняться, но на это сил уже не хватило. Он повернул голову и встретился взглядом с Джанаром Феррастом.
— Не… не должна де… лать… — грантатор скорее догадался о смысле слов по движению его губ, чем услышал их. — Она не спа… спасет ме…. меня. — Жестокая судорога скрутила тело Чжарры. Пальцы, как лапки краба, заскребли по холодным камням. — Уходи… уходите… забери… забери её!
Ферраст скользнул к умирающему джавангарду, опустился рядом с ним на колени, стараясь получше разобрать слова. Одновременно грантатор старался не упускать из виду и Джанеллу, занятую непонятной волшбой. Чжарра попытался сказать что-то ещё, но лишь закашлялся, тонкая струйка крови потекла из уголка рта.
— Проклятье! — прорычал Джанар Ферраст. — Сорок демонов вам в задницы! Я, кажется, догадываюсь, что она хочет сделать.
Казалось, что Джанелла оторвалась от земли и поднялась на половину своего роста. Но — только казалось. С кончиков пальцев сорвались иссиня-черные, похожие на змей полосы, и устремились к Чжарре. В несколько мгновений они оплели голову, а затем, и тело умирающего.
— Не… не надо! Ты мо… можешь… погиб… — последние слова Чжарры утонули, захлебнулись в струящемся переливе стягивающейся черноты.
Грантатор почувствовал холод и боль — обжигающие уколы в затылок — встал и поспешно отступил в сторону.
Вокруг Джанеллы появилось мерцающее серое облако. Оно медленно вращалось, заворачивалось вокруг тела девушки, облекая ее в подобие кокона, похожего на тот, что скрыл Чжарру.
— Отойдите! Отойдите как можно дальше! — закричал грантатор. — Кажется, я знаю, что она хочет сделать, — повторил он уже совсем другим тоном (тихо и, немного задумчиво). — Она действительно его любит, если решилась на такое.
Люди пятились, не сводя глаз с завораживающего действа. Никто не испугался, — запасы страха уже закончились — скорее, они испытывали раздражение и усталость.
С легким шелестом-посвистом туманный кокон продолжал вращаться вокруг Джанеллы, уплотняясь и темнея прямо на глазах. Прошло всего несколько мгновений, и она исчезла в густой черно-серой массе. Затем от кокона отделился небольшой отросток, похожий на те, что зарождающиеся в облаках смерчи тянут к земле. Стремительно вращающийся хоботок уткнулся во второй кокон, с той стороны, где находилась голова Чжарры.
— Закройте глаза! — прокричал Джанар Ферраст. — Закройте…
Слепящее не-пламя вспыхнуло между двумя колдовскими коконами как… как вольтова дуга. Впрочем, слово «ослепительное» подразумевает, что было слишком много света, но здесь всё было наоборот. Если бы существовали какие-то частички-носители тьмы, то именно так они могли бы брызнуть во все стороны, хлынуть сокрушительным потоком, стирая краски окружающего мира, обращая их в холодное липкое ничто и нигде.
Тьма без конца, запредельный холод и одиночество. Падение в бездну…
Одиночество…
— Не оставляй меня одну! Не оставляй никогда!
Всё закончилось так же внезапно, как и началось. Поток тьмы схлынул, бесследно исчез, уступив место солнечному свету, пронзительным крикам чаек и свежему ветру, пахнущему морем.
Чжарра исчез: не осталось ничего, что могло бы напомнить о его существовании. А там, где он лежал, распростерлась ниц Джанелла. Беспокойный ветер играл с её волосами, сплетая и путая длинные пряди.
— А… господин грантатор, что это было? — Тариэль первым нарушил молчание.