– А вот эта политика универсальна и может быть с допущениями использована против любой организации представителей любого народа. В том числе, подобная тактика может быть использована против русских. Вполне может статься, что эта самая Лан будет внедрённым агентом триады, которую используют, чтобы развалить патруль с целью отмщения и нанесения превентивного удара, чтобы не дать нам усилиться.
– Хорошо, – Рашель кивнула, действительно поняв, о чём идёт речь. – А как насчёт Максима, например? Он же тоже практикант, как и … Серхио.
– Ну, Серхио, например, быть внедрённым агентом Триады никак не может. Это связано с тем, кто он. Макс – аналогично. Он пришёл к нам в патруль не случайно, а по военной линии.
– Но ты же говорила, что у вас уже был военный предатель!
– Был. Генерал Власов, – согласилась Эми. – Соответственно, та линия, по которой Власова продвигали, сейчас разрабатывается. Пытаемся найти, кто именно двигал его и какой цели добивался. Макса же отправил к нам человек, которому выгоден русский патруль в самой наибольшей его мощи – начальник нашего главка. К тому же, у него есть рекомендации от людей, которым я верю и чьим мнением дорожу. Ну, и наконец, самое главное, кто же мне мешает его проверить аккуратно и строго неофициальными методами?
Рашель засмеялась:
– Я думала, что рекомендаций тех самых людей для тебя достаточно!
– В нашем деле такого не бывает. Просто, понимаешь, – открыв духовку, Эми поставила рогалики и отступила в сторону, настраивая режим выпечки. – Когда происходят такие события, необходимо проверять всё, всю доступную информацию, абсолютно всех людей – дважды, трижды. Да хоть десять раз! Лишь бы не подвести себя и тех, кто тебе близок.
– А почему тогда ты не собираешься проверить Лан?
– Нет. Я её обязательно проверю. Узнаю о ней всю доступную информацию. Но при этом я не буду выяснять всё это через официальные каналы, понимаешь? На такой случай у меня есть друзья, а ещё есть люди, которые мне должны, или которые мне просто помогают, потому что я им плачу.
– Ты готова отдать свои деньги за информацию?
– Да. Потому что информация может спасти жизнь. А вот деньги не всегда на это способны.
Раш кивнула.
– Хорошо! В общем, я что-то поняла, но в частности надо будет разбираться.
Эммануэль засмеялась, села рядом с девочкой.
– Надо, значит, будем, но сначала мы начнём заниматься русским языком. Иначе – никакой гонки!
– Занимаюсь, занимаюсь, – схватилась Рашель за ручку. – Уже начала!
По воскресеньям обычно отдыхал даже Котик. Змей эту традицию нарушать не собирался, к тому же, что ему было достаточно документов, чтобы поработать с ними дома. Хвосты Гюрзы ещё надо было подбивать и приводить в порядок всю документацию. Отчёты, доказательства, свидетельства, подшитые дела – всё должно было быть сдано в архив, где предстояло ему храниться не менее ста лет.
Документы перелистывались, электронные папки одна за другой раскладывались в разные стороны. Что-то из одной коробки перекладывалось в другую, что-то тасовалось, что-то правилось, что-то уточнялось.
К тому моменту, как котёнок Эмили негодующе размяукалась, требуя её покормить, Змей успел полностью закрыть архивные дела на пятёрку младших подчинённых Гюрзы. Выпрямившись и подхватив белую малышку, мужчина посадил её на плечо и двинулся на кухню. Котёнок, ощущая себя на верхотуре очень даже удобно, с интересом оглядывался по сторонам.
Именно в таком виде Змея и застала появившаяся Лан, остановилась, остолбенело глядя на картину, представшую её взгляду, и завизжала негодующе.
Воззрились на неё с одинаковым недоумением оба – и котёнок, и сам Змей.
– Ч… ч… что?! Что это такое?! – ткнув пальцев в котёнка, истерически вопросила девушка.
Змей, почесав кошечку за ухом, сообщил как ни в чём не бывало:
– Эмили, моя кошка.
– Никаких кошек! Ты что, ты сошёл с ума?! Выброси немедленно эту блохастую гадину! Она же… она же… она… – девушка замолчала под насмешливым взглядом, под которым ощущала себя как раз таки блохой на теле любой кошки. – Я… я… у меня аллергия на кошек!
– Посети врача, – предложил мужчина, подвинув Лан в сторону и двинувшись на кухню. Эмили, обшипевшая гостью, замурлыкала под чуткими пальцами Змея и даже, в пику Лан, не стала на Змея шипеть. Показывала, кто в доме хозяйка.
Посмеявшись над собственными мыслями, Змея вытащил молоко, разогрел его до комнатной температуры и предложил кошечке, потом повернулся к девушке, пришедшей на кухню вслед за ним и сейчас мнущейся на пороге.
– Лан.
– Д…Да?
– Ты кое-что забыла.
Девушка опустила голову ниже.
Действительно, за последние шесть лет, которые она провела вдали от Змея, она слишком многое стала забывать. В том числе и то, что он не потерпит над собой командующих. Он может выполнить просьбу, если она ему выгодна, может снизойти до выполнения желания. Но никакой приказ, никакой ультиматум не заставит его сдвинуться с места. Даже шантаж…
