– О, нет. Нет-нет. Официальщина в таком случае – это полная глупость. Меня не интересует, что она будет наказана, отправится за решетку или тому подобное. Но я хочу её получить.
Сатана довольно долго вглядывался в человека, который действительно когда-то ему помог. Не зная. Конечно, Аркадий Петрович даже не догадывался, кому именно помогает. Но… долг платежом красен. Только вот, это было так давно…
– Аркадий Петрович, вы ведь хотите отомстить ей. Изощрённо, верно? Хотите сделать с ней то же самое, что она сделала … не с вами, нет. С вашей женой? Нет. Дайте подумать, с дочерью? Как дёрнулся ваш взгляд. Действительно. Хань очень любила забавляться с маленькими детками. Вы хотите сделать то же самое. Ввести ей генотипический модификатор и наблюдать, как её корежит. Только за то, давнее даже не спасение, просто помощь, отдать жизнь нашего перспективного генетика… это слишком высокая цена.
– Я заплачу больше, Валентин Алексеевич. Я хорошо знаю, в чём, где и когда ошиблись ваши люди. Я знаю это так хорошо, что могу предложить именно это в качестве оплаты.
Взгляд Сатаны снова дрогнул.
Ли Ван, уже давно потерявший смысл беседы, встрепенулся.
Назревал какой-то торг?
– Что именно?
– Как говорят наши классики, «вечером деньги – утром стулья». Отдадите меня Ханю. Я скажу всё, что знаю.
– Это невозможно, – Ли Ван подался вперёд. – Послушайте, я вообще не понимаю, что сейчас происходит. Но Хань… Это наш лучший генетик! Мы…
– Профессор Борисов, – мягко сказал Власов.
В кабинете воцарилась глубокая тишина.
Ли Ван нахмурился, а вот Сатану затрясло. Мелкая дрожь проходила по телу мужчины, и это было так заметно, что хозяин кабинета просто опешил.
– Рутений-хан?
– Я отдам… – мгновенно прошептал тот пересохшими губами. – Я отдам Ханю.
– Валентин Алексеевич, не подумайте, что не верю… Но сами понимаете, то, что я вам скажу, может поменять все ваши планы сразу. Так что, могу я получить свой приз прямо сейчас? Естественно, я немедленно покину расположение Триады.
– Да. Сделка. Прямо сейчас. Немедленно… – Сатана взглянул на Ли Вана с такой яростью в глазах, что хозяин Триады дракона струсил, и просто не смог сказать ни слова против. Нет, он был умным человеком, он был храбрым. Но он никогда не был дураком, а возражать сейчас мог только дурак.
– Я распоряжусь.
Хань была прямо в корпорации. На нижних этажах лаборатории.
И несколько минут, пока она на скоростном лифте поднималась снизу вверх, Ли Вану показались вечностью, потому что на его глазах происходило нечто совершенно безумное.
Сатана. Человек, которого описывали как совершенно спокойного, хладнокровного сына Дьявола, был на грани от безумия.
А потом привели Хань.
Она не была китаянкой никогда. Просто взяла себе имя, похожее на китайское. Только поиздевалась над языком больше, снова показав свою инакость.
Ли Ван многого о ней не знал, зато знал совершенно точно, что эта женщина – отличный воин. Не раз и не два на тренировочном татами она выстаивала на равных даже с Продавцом кукол, когда он был в хорошей форме.
Сейчас же…
За стремительным движением русского было невозможно углядеть. Зато потом Ли Ван снова содрогнулся, ощутив, как ледяной ужас поднимается из глубин души. Русский прижимал к себе обмякшее тело женщины так мягко, так нежно, что можно было бы подумать, что она – его самый-самый главный, самый важный приз.
А потом он заговорил. И по мере спокойных слов, волосы на голове Ли Вана начали шевелиться, потому что говорил русский перебежчик чудовищные вещи, с пугающей легкостью предав женщину по имени капитан Борисова-Лонштейн, оказавшуюся правнучкой человека, того самого русского, который однажды создал джамп.
И это открывало такой простор для комбинаций, что китаец не смог удержаться от тонкой улыбки. Да. Теперь в дело вступит он. Император галактики. Звучало просто чудесно.
***
В квартире Змея было тихо. Белоснежная кошечка мирно спала, когда Эми заглянула в гостиную. Мужчина уже на кухне ставил чайник, задумчиво поглядывая на свою подчинённую.
– Итак… Я бы хотел задать тебе пару вопросов.
– Можешь не стараться. На твою «пару вопросов» отвечать я не буду. Точно так же, как есть мои вопросы, на которые не ответишь ты.
– Эми.
– Да-да. Буря возмущений, ты же такой весь из себя открытый и замечательный. Змей, я устала. Правда, устала. Сегодня был день чересчур насыщенный эмоциями, информацией. Я хочу уже отдохнуть. И вообще-то я надеялась, что ты отправишь меня домой. Я не…
– Нам нужно поговорить, – спокойно перебил Змей Эми. – Просто поговорить. Ни о чём таком серьёзном. Но…
– Только, пожалуйста, пусть это будет не разговор о моем увольнении!
Мужчина хмыкнул. О да, было бы глупостью отрицать. Он действительно хотел, чтобы Эми перестала работать на русский патруль. Он бы хотел, чтобы она занялась чем угодно другим. Вернулась в академию преподавать, сидела бы дома и вела домашнее хозяйство. Занялась бы наукой. Только не на учёных, поскольку это даже хуже патруля. Просто… чтобы она не была постоянно на вот этой тонкой грани между жизнью и смертью.
