ДЖАМП полностью

Вот же – носитель совершенно иного образа мышления. Позволить ей желаемое, дать ей возможность изучать информацию. А потом просто убить.

Ни свидетеля. Ни угрозы.

Ни перевода ресурсов.

Идеально!

Что по этому поводу может думать сама девушка, пленника криокамеры не интересовало. Как и то, где он возьмёт инструмент для подобного решения.

Пётр Андреевич уже точно знал, что он задумал. Вот есть эта девочка, она может найти ответы на его вопросы, потом она умрёт. Тем более, что у него есть возможности сделать так, чтобы она умерла. Тихо… и во сне.

Его устраивало.

Отличная мысль!

- Хорошо, - сказал он, подводя итог своим размышлениям. – Ты утверждаешь, что если получишь доступ к терминалу, сможешь найти ответы на мои вопросы?

- Смогу.

- И, конечно, терминал должен быть в твоей комнате? Дабы тебе никто не мешал, не отвлекал?

- Зачем? - Эми пожала плечами. – Чужие взгляды мне никогда не мешали работать. Так что… мне будет вполне достаточно терминала, например, в этой комнате. Буду у вас на глазах, попутно сразу же отвечать на вопросы. Сами же будете видеть, какие документы я нахожу, какие выводы делаю. И так далее.

Петр Андреевич кивнул:

- Хорошо.

- К тому же, - добавила девушка спокойно. – В этом случае вы ещё сможете быть уверенным в том, что я делаю именно то, что говорила – то есть ищу информацию и свожу её воедино. Хотите на этом же терминале, хотите возьму с собой планшет, чтобы вот так вот выводить сводную картину на стену, чтобы она всегда была перед глазами. Мне, если честно, нет особой разницы. Обрабатывать я всё равно большую часть буду в своей голове.

- Тогда я предпочту видеть доску.

- Хорошо, - Эми равнодушно пожала плечами. Если Старику изволится наблюдать, почему нет? Он вполне в своём праве.

В любом случае, Эммануэль больше всего волновала возможность получить информацию о том, что случилось на этих станциях. И почему у неё всё больше и больше складывалось весьма неприятное и гнетущее ощущение. Но для его подтверждения (или для его опровержения, чего ей хотелось больше), ей и нужны были данные. Очень, очень, очень много данных.

- Когда мне начинать? – спросила Эми, не дав тишине стать поистине гнетущей.

- Можешь даже сейчас. Только не думай, что сможешь много выжать из этого терминала. Большая часть данных зашифровна. Я сниму шифровку, но не со всего. Некоторые данные были зашифрованы до меня, и пароля к ним я не знаю.

- Значит, начну составлять общую картину без них. По идее, зашифрованы должны быть узкие документы. Если пойму, что они нужны – взломаю.

- Зашифрованные документы?

- Ну, не консоль же, - фыркнула сердито Эми. – Этому я так и не научилась. А вот сломать пароль на отдельных документах при устаревшем типе шифрования – научилась. Это не сложно.

- Тебе виднее, маленькая мисс. Скажи Марте, если тебе будет нужна какая-то… мебель? Что-то ещё для комфорта.

- Поскольку она меня всё равно не послушает, говорить об этом ей нет никакого смысла…

- Значит, скажешь мне.

- Хорошо, скажу, - пожала девушка плечами. – Я тогда приступаю?

- Приступай.

Ну, раз разрешили… Эми перебралась за терминал, попыталась его включить, как привыкла с тем, что стоял в её комнате. И… повалилась.

- Не получается? – ухмыльнулся беззлобно Петр Андреевич через пару минут её мучений. – Там внизу есть дополнительная механическая кнопка. Терминал включается только там, и ещё есть служба голосового распознавания. Но я скажу… что-нибудь.

- Голосовое распознавание? Странно, оно вроде бы ещё было не так популярно, когда станции запускались. В любом случае, спасибо.

Старик хохотнул:

- Маленькая мисс, тебе говорили, что ты очень странная?

- Неоднократно, - отозвалась Эми, запуская терминал и разглядывая стартовую заставку. Мелкие детали, которые мог углядеть только тот, кому они о чём-то могли бы сказать, складывались в приятную картину. Итак, если не будет Старик мешать, то у неё было достаточно шансов на то, чтобы вскрыть эту крепость и изучить подробнее, что же скрыто в её начинке.

- И что ты на это отвечала?

- В зависимости от того, кто спрашивал, - засмеялась девушка. – Кому-то «мне очень жаль», кому-то «приятно познакомиться», кому-то «неужели ты только прозрел?»

- И каких ответов чаще?

- Наверное, последних… - пожала плечами Эми. – Мне не интересно доказывать кому-то, что я не странная. Если в их глазах я не соответствую каким-то ярлыкам, каким-то характеристикам, образам, то почему это должны быть мои проблемы? Я могу что-то изменить в своих действиях, если это каким-либо образом задевает близких мне людей. Поменять гель для душа, перестать закалывать волосы или ставить в ванной ароматические свечи, перестать выходить одной из дома в разгар не самого приятного следствия. Но я могу изменить только действия и только если я посчитаю это нужным, я сама, для себя, для отношений с этим человеком. Во всём остальном у меня плохие новости для таких желающих. Это моя жизнь, мне решать, какой я в ней есть и какой я хотела бы остаться в истории.

- А ты хочешь остаться в истории?

- Вообще не хочу!