По дороге домой Катя и Джастин молчали. Каждый глубоко погрузился в свои мысли.
«Он согласился принять участие в прослушивании. И секунды не раздумывал. Принял это решение, как всегда, сам. И в голову не пришло со мной посоветоваться. Но это не только его касается. Что если его отберут? Наша с Вики жизнь тоже изменится. Он никогда со мной не считается».
«Черт! Она даже не порадуется за меня. Плевать ей! Только о своём Возняке думает»…
И начисто забыли оба, как клялись друг другу перед свадьбой озвучивать свои волнения и всё обсуждать.
Квин Фарида запомнился миру эпатажностью, неповторимым талантом и широкой щербинкой между передними зубами.
Участники группы много лет горевали о потере, пытались создавать новые шлягеры, но без харизматичного фронтмена песням не хватало жизни. Фарида был неповторим, самородком, оставившим свой след в истории навечно. Потому Меркурий приобрёл новую миссию: передать память о Квине следующему поколению и дать возможность поклонникам вживую слушать концерты легендарной группы.
Они проводили концерты бесплатно и собирали десятки тысяч зрителей. Выступали сами или с приглашенными звёздами. Активно искали вокалиста, который мог зажигать публику известными хитами, хоть наполовину как это делал Фарида. И после долгих поисков они нашли Джастина Коэна.
Несколько недель репетиций. Распланирован график выступлений в крупных городах страны.
Накануне гастролей у Джастина и Кати произошёл такой разговор:
— Я не могу поехать с тобой на целый месяц на гастроли, у меня работа.
— Твоя работа — это вторично. Томас тебя отпустит.
— Моя работа тоже важна.
— Важнее наша семья.
— У нас есть семья? Я с тобой только из-за Вики.
— Очень смешно. Ты ж юрист, Катя. Почему не забираешь сына законами своими. Попроси Томаса выступить от твоего имени адвокатом в суде.
— Мистер Возняк твой адвокат. Он защищает твои интересы.
— А ты его любимый юрист.
— С чего ты взял? Во-первых, я недоюрист, я недоучилась, у меня нет диплома. Во-вторых, я просто выполняю задания, которые мне поручает мистер Возняк. В третьих, ты сам меня устроил к нему на работу.
— Я много чего делаю своими руками во вред себе самому. Ты должна была заметить. В том, чтобы делать себе хуже — я виртуоз. И это не имеет отношения к делу. Ты что ли предпочитаешь недоюридично работать на своего Мистера Возняка, а не поддерживать мужа на первых в жизни гастролях?
— Называй это так.
Джастин схватил Катины запястья и со всей дури сжал их.
— Тогда я тебя не спрашиваю. Ты будешь меня сопровождать на гастролях! Завтра выезжаем.
Катя заплакала. Горько. Она боялась потерять работу, место, где может нахвататься воздуха, как тонущий, подброшенной волной. Она устала от бессилия перед моральным насилием. Пусть и муж ее теперь звезда. Счастье и популярность — непересекающиеся явления, один к другому отношения не имеет. Если бы счастье и популярность встретились на одной вечеринке, они б не нашли слов, чтобы завязать разговор. Пожали друг другу руки бы уважительно и разбрелись искать каждый свой круг общения.
Вопрос в приоритете, кто-то без популярности жить не может, а кому-то счастье подавай, а больше ничего и не нужно.
Закрыв за собой дверь, Катя набрала номер начальника.
— Здравствуйте, мистер Возняк. Прошу, извините меня, пожалуйста, что звоню в нерабочее время. Извините, пожалуйста, что беспокою. Вас.
— Да всё ок, Катя. Что-то случилось?
Катя чуть вновь не расплакалась, услышав тёплый голос начальника. С трудом подавив позыв пожаловаться, она сообщила, что ближайший месяц будет в отъезде.
— Вы меня не уволите? Не увольняйте, пожалуйста.
— Не переживай, не уволю, конечно. Без тебя будет сложновато, но раз такие обстоятельства, то ничего не поделаешь. Будем считать, что ты ушла в отпуск. Не переживай, всё хорошо.
— Спасибо вам огромное!
Катя поскорее сбросила вызов, словно на той стороне звонка могли передумать. Какой же он добрый, ее начальник. Старается казаться строгим, но она не слепая, видит, как под толстой кожей проступает мягкость, прям как расколотый каштан. И ведь пользы от Кати на работе — ноль целых одна десятая, больше забот с обучением. И надо же, приободрил ее, сказав, что без неё с трудом справится. Катя улыбалась.
Предполагалось, что в турне Ирма будет приглядывать за Виктором, пока папа выступает на сцене, а мама выступает зрителем. Но по семейным обстоятельствам няня не смогла поехать, а Вики не хотелось сидеть на руках долго, и танцевать он не любил, а вступил в тот возраст, когда все время нужно куда-то бежать. Поэтому Катя присутствовала только на части первого концерта, в Сиэтле. И ей хватило.
Она стояла как парализованная, а вернее торчала проводом, которого колбасит электрический ток.
