Невозможно забыть о Джейдене ещё по одной причине – у меня есть ребёнок, который невероятно похож на своего отца. Я всегда очень хотела семью! Её у меня никогда не было. Моя чёртова гордость не позволила и Джейсу наслаждаться семьёй. Теперь уже поздно, я осознаю свою вину. Если бы я не была такой чертовски упрямой и не оберегала Джейса от его отца, он бы не впал в кому. Я знаю, что это слова безумца, но мой разум просто не воспринимает других доводов. Если бы в прошлом я принимала другие решения, моё настоящее тоже было бы другим. И у Джейса. С большей долей вероятности он не лежал бы в течение двух месяцев в коме. И Джейден не пошёл бы на свидание с другой женщиной. Я сама загнала его в чужие объятия, без сомнения. Идиотка!
Чтобы отвлечься, звоню маме и осведомляюсь, нет ли каких-нибудь новостей из больницы. Но всё по-старому. Желаю им с Гарри приятного вечера, они планируют сходить на мюзикл, и заканчиваю разговор.
Задумчиво смотрю на часы. Ещё довольно рано, и я с удивлением замечаю, что голодна. Закажу-ка себе пиццу. Вегетарианскую, с двойной порцией сыра, а к ней большую порцию салата. У меня текут слюнки. Такую вкуснятину я не ела уже целую вечность.
Через полчаса раздаётся стук в дверь, вероятно, привезли мой заказ. Быстро ищу деньги и открываю.
— Пицца и салат для дамы?
— Джейден? — я не могу скрыть удивления, потому что ожидаю его лишь на следующее утро.
— Что ты делаешь с моей пиццей? — в недоумении спрашиваю я и выглядываю на улицу проверить, ждёт ли ещё курьер.
— Я перехватил разносчика пиццы на улице. Ты мне должна пятнадцать долларов, я оставил щедрые чаевые, — парень всовывает мне в руки упаковку и пристраивает коробку с салатом на кухонном столе.
Я роюсь в поисках подходящей суммы, но он меня удерживает.
— Забудь, мы поделимся.
— Откуда ты знаешь, что пицца придётся тебе по вкусу?
— Без разницы, я умираю с голода, — он снимает крышку с коробки. – Что это?
— Вегетарианская пицца, — заявляю я вызывающим тоном. Может, он такую не любит, и всё достанется мне?
— Ладно, надеюсь, мне не повредит. Давай, садись ужинать. Есть что-нибудь новое о Джейсе? — спрашивает Джейден, будто ничего не произошло.
— Нет, всё по-старому, — отвечаю я с набитым ртом и качаю головой. Мы вместе ужинаем, будто не было никакой ссоры в Нью-Йорке. Я действительно сожалею о ней, поэтому стараюсь не бередить рану и даю ему успокоиться.
— Тогда я спокоен.
— Почему? — спрашиваю я в испуге. От его слов у меня перехватывает дыхание. Звучит так, будто он не замечает, что у Джейса нет улучшений.
— Потому что я придерживаюсь мнения, что каждый день, когда он спит, а опухоль спадает, это хороший день. Значит сегодня тоже хороший день. А теперь расскажи мне о своей книге.
Он запихивает в рот кусок пиццы и выуживает из салата колёсико огурца. Я с трудом проглатываю. От одного лишь упоминания о моём новом романе, еда буквально застревает в горле.
— Мне нечего сказать.
— Почему нечего?
— Потому что сейчас я занята другими делами.
— Имеется в виду, что всё твоё внимание отнимают хлопоты о Джейсе? Послушай, нам надо разговаривать о нём каждое утро, чтобы остаток дня посвятить себя другим делам. Когда Джейс очнётся, ему потребуется всё наше внимание, значит до того момента необходимо уладить все рабочие проблемы. Как тебе, так и мне.
Я молча таращу на него глаза, пытаясь переварить то,
Я очнулась от своих мыслей лишь тогда, когда Джейден вытащил вилку из моей руки.
— Послушай, доверься мне. Я знаю, что много чего наворотил, но до этого момента у тебя не было причин мне не доверять. Я докажу тебе, что можно.
— Так ты не злишься на меня?
Я смущенно смотрю на Джейдена.
— Злюсь? С чего ты взяла?
— Ну, отношения между нами не слишком… я просто и не знаю, что думать.
— Тебе не должны приходить в голову подобные мысли. Ты же знаешь, что я тебя люблю или нет? — задаёт парень прямолинейный вопрос и смотрит на меня таким взглядом, что лёд в моём сердце подтаивает.
— Как прошло твоё свидание? — я пытаюсь перевести разговор на другую тему. Лишь бы не касаться моего писательского ступора.
— Я мог бы остаться там на ночь, но отказался.
Я медленно дышу, пытаясь не показать слёзы, которые наворачиваются на глаза. И задаюсь вопросом, когда он успел познакомиться с новой женщиной.
— Хотя был рад услышать, что прошлую ночь ты провела в той же постели.
Я растерянно смотрю на него, пока до меня не доходит.
— Так ты встречался с Бруком?
Когда Джейден смеётся, вокруг его глаз собираются милые «гусиные лапки». Они заставляют биться моё сердце в два раза быстрее, чем обычно.
— Он передаёт тебе пламенный привет. Я бы его, наверное, и не узнал. Он очень сильно изменился, — Джейден поднимает руку и напрягает бицепс.
Я громко смеюсь.
— Ладно, давай поговорим.
— Послушай, я правильно предполагаю, что сейчас ты не можешь писать? – Джейден сражает меня наповал, но я быстрее язык проглочу, чем отвечу утвердительно.
