Дело будет двигаться медленно, поистине очень медленно… и тут сможем помочь мы, если сделаем все, что в наших силах, дабы помешать укреплению правительства России в его нынешнем виде. Горжусь тем, что мне удалось свести к нулю все усилия, которые в течение последних четырех или пяти лет предпринимались Россией, стремившейся разместить на американских рынках свои займы. Еще 4 года назад по просьбе мистера Витте в Нью-Йорк прибыл мистер Ротштейн, крещеный еврей, представитель «Санкт-Петербургского международного коммерческого банка». Он пытался вести переговоры о размещении у нас серии российских казначейских билетов.
Ротштейн со своей стороны обещал заручиться содействием м-ра Витте в отмене так называемых «майских законов», не говоря уже о финансовых преимуществах, которые он предлагал моей фирме, если мы окажем правительству России содействие в размещении займа. Мы ответили резким отказом, заявив мистеру Ротштейну, что обещания ничего не стоят и что, если они хотят получить наше содействие, определенные шаги необходимо сделать до того, как Россия попытается разместить свои займы в Америке, а до тех пор мы употребим все наше влияние против того, чтобы Россия закрепилась на американских денежных рынках. Итак, попытка была сделана, однако она окончилась полным провалом.
Можно ли рассчитывать на такую же позицию со стороны влиятельных и крупных еврейских банкирских домов по всей Европе? К сожалению, прежде – Вам это известно лучше, чем мне – все было не так. Скоро правительство России снова обратится к европейским денежным рынкам, что несомненно произойдет, и в большом масштабе. Можно ли надеяться, что влиятельные банкиры еврейского происхождения не удовлетворятся одними заверениями русского правительства, что оно будет хорошо себя вести по отношению к своим несчастным еврейским подданным – нам известно, как легко давать и нарушать подобные обещания, – и не только откажут России в содействии, но постараются всеми возможными способами противодействовать любым российским займам, пока не изменится существующее положение дел. Судя по опыту последних лет, если все окажется иначе, если наши влиятельные европейские единоверцы по крайней мере не употребят доступные им средства, чтобы дать понять русскому правительству, что оно не может без конца закрывать глаза на собственную постыдную практику в отношении своих еврейских подданных, мы станем свидетелями очередного недостойного зрелища, а нам, жителям Соединенных Штатов, придется со стыдом склонить головы и признать, что мы больше не имеем права искать благосклонности и содействия нашего правительства в пользу наших угнетенных собратьев.
Простите меня, лорд Ротшильд, что я написал Вам столь несдержанно, но то, чем полнится сердце, стремится наружу…
Искренне Ваш,
7 июня В.К. фон Плеве, русский министр внутренних дел, через доктора Каценельсона из Либавы, выразил желание побеседовать с Шиффом, который тогда планировал поездку в Россию. Условия, которые изложил Шифф в связи со своим предполагаемым визитом, так и не были выполнены, возможно, отчасти потому, что за это время Плеве убили, однако они в высшей степени любопытны, так как отмечают уверенность его позиции и нежелание выступать в роли просителя:
«21 июня 1904 г.
Уважаемый доктор Каценельсон!
…Насколько я понимаю, Вы выразили желание, чтобы я приехал в Санкт-Петербург для беседы с его превосходительством фон Плеве по вопросу о мерах, которые следует принять, дабы улучшить положение наших российских единоверцев. Это благородная миссия, от которой мне и в голову не пришло отказаться; можете считать решенным то, что, если предварительные условия, которые я сейчас изложу, будут выполнены, я с радостью приму приглашение вашего министра внутренних дел и приеду в Санкт-Петербург осенью этого года. (Приехать раньше я не могу, поскольку два моих партнера сейчас находятся в Европе.)
Его превосходительство прав в том, что правительство России не может расценивать переговоры по финансовым договоренностям как эквивалент пересмотра юридического положения евреев в России или каких-либо мер в этом направлении. С другой стороны, вынужден напомнить, о чем я уже говорил Вам в Лондоне: нежелание американских денежных рынков размещать ценные бумаги из России и антипатия к России, значительно выросшая здесь в последнее время, вызваны чистым отвращением, какое здесь испытывают к системе правления, которая допускает такие вещи, как недавние кишиневские погромы и дискриминацию… существующую в России.
