Джеймс Хеллборн. Трилогия полностью

  - Сегодня мы ведем священную войну против эллинизма, меньшевизма и роялизма, - продолжил абиссинер, - крестовый поход во имя высокой цели и верховного блага! Мы не остановимся, пока не очистим мир от греческой заразы, от этой цивилизации пиндосов, педофилов и педерастов! И мы надеемся, что все настоящие белые люди и правоверные христиане присоединятся к нам, чтобы свергнуть хеллено-масонское иго!

  "Что там говорил полковник Кэнди? "Это не наш метод"? - не к месту задумался Джеймс. - А если у белголландцев получится? Блин, чем им греки-то не угодили?!!!"

  - Наши мамлюкские легионы открыты для всех! - добавил белголландский офицер. - Кто-нибудь из вас желает вступить в ряды?

  Молчание.

  - У вас еще будет время подумать, - снисходительно кивнул капитан. - Увести!

  Спотыкающихся пленников развернули направо и погнали прочь. Хеллборн оказался в хвосте колонны. Через несколько шагов он услышал, как идущий впереди американец пробормотал вполголоса:

  - Да он просто зверь...

  Один из конвоиров услышал эти слова, но прикладом размахивать не стал, только ухмыльнулся:

  - Вы еще не видели нашего капитана!

  "А кто в таком случае издевался над нами до сих пор?!" - удивился Хеллборн, но от дополнительных вопросов на всякий случай воздержался.

  * * * * *

  Трюм, куда их бросили, не имел ничего общего с благоустроенным кубриком "Виллема Молчаливого". Было очень странно обнаружить такую вонючую дыру на борту воздушного корабля.

  Хеллборна впихнули внутрь последним, массивная дверь принялась медленно закрываться.

  - Эй, подождите! - все-таки рискнул альбионец.

  - Чего тебе? - уставился на него сержант-абиссинер.

  - Нам хотя бы руки развяжут? - уточнил Хеллборн.

  - Вы можете попробовать сами, - заметил абиссинер. - Зубами, например. Но потом вас расстреляют. И развязанного, и развязавшего.

  И дверь захлопнулась.

  - Когда-то это был склад боеприпасов, - принюхался многоопытный Эверард. - Оружейное масло, солидол... Но с некоторых пор к этому букету примешались новые запахи.

  "Кровь и дерьмо", - подумал Хеллборн.

  - В прошлый раз нас держали в другом отсеке, - продолжал американец. - И капитан был куда более любезен...

  - Это не был капитан корабля, - машинально уточнил Джеймс.

  - А кто же тогда? - удивился собеседник.

  - Командир отряда воздушной пехоты, - предположил Хеллборн. - Да, скорей всего.

  - Но разве на борту корабля, морского или воздушного, не должен быть только один капитан? - спросил Эверард.

  - Это наши, англосаксонские традиции, - напомнил альбионец. - Я был уверен, что и у белголландцев есть нечто подобное... Похоже, что далеко не у всех. У этих ублюдков точно нет ничего святого.

  Он окинул взглядом тесный и сумрачный арсенальный отсек. Черт побери, люди снова смотрели на него. И было их в несколько раз больше.

  Джеймс Хеллборн откашлялся.

   - Я суб-коммандер Джеймс Хеллборн. Присутствует ли на палубе альбионский или союзный офицер старше меня по рангу?

  - Никак нет, сэр, - отозвался Гордон.

  - Очень хорошо, - кивнул Джеймс. - - Принимаю на себя командование нашим экипажем.

  ДЕЖА ВЮ!

  - Итак, солдаты, приказ номер один. Нас оставили со связанными руками, поэтому сейчас каждый пробует шевелить пальцами и проверяет, свободно ли поступает к ладоням кровь. Если нет - это может быть опасно в долгосрочной перспективе. Заражение крови, гангрена, ампутация...

  " Какой же ты все-таки болван, Джеймс", - заметил Внутрений Голос.

  Как видно, они попали в руки опытных тюремщиков, потому что через несколько минут все пленники доложили -- кровь поступает свободно. Что ж, их явно не собирались убивать столь изощренным способом.

  - Очень хорошо, - сказал Хеллборн, выслушав последний доклад. - Мистер Гордон, постройте людей.

  Это был явно не просторный кубрик крейсера, поэтому пленики выстроились в пять рядов. Кроме того, Гордон не стал изображать парадный шаг (тесно) и отдавать честь (как? связанными рукками?!).

  - Смирно! Равнение на центр! Сэр, экипаж построен.

  - Вольно, - Джеймс порылся в своей памяти. - Солдаты, мы оказались в плену. Тяжело, опасное и позорное положение. Позорное, но не постыдное. Вам нечего стыдиться. Это был славный корабль, и экипаж храбро сражался до последнего. Мы нанесли тяжелый урон агрессору и заставили его нас уважать. Теперь мы должны держаться вместе и надеяться на лучшее. Надеяться, что враг все-таки будет соблюдать Женевскую конвенцию...

  (" Это было лишнее. Мы же все видели, как они себя ведут!!!")

   - Если нет - мы должны держаться до последнего. Помните о долге и присяге. Вы - альби... Вы - солдаты Альянса, - поправился Хеллборн. - Нас помнят, нас не оставят в беде.

  - Аминь!

  - Вопросы, жалобы, предложения?

  Нет, это были явно не хладнокровные альбионцы. Да и пленитель на этот раз был другой. Американские аэронавты заголосили чуть ли не хором:

  - Сэр, что с нами будет?

  - Да это же настоящие звери!

  - Этот капитан законченый ублюдок!

  - Мы должны сопротивляться!!!

  - Это полная задница, сэр!

  - Убить всех негров!!!

  И так далее.