- Хватит! Тишина! - не выдержал Хеллборн. - Мы найдем выход, я вам обещаю. Сейчас - всем отдыхать. Вам потребуются силы. - Еще раз окинул взглядом строй. - Среди нас дама, надо выделить ей отдельный уголок.
- Сэр, в этом нет необход...
- Отставить. Выполнять. Старшие офицеры - совещание через пять минут. - Джеймс оглянулся. Здесь не было душевой кабинки. - Вон в том углу.
* * * * *
- Четыре мушкетера, - ухмыльнулся Беллоди. Цвет его лица колебался между синим и фиолетовым, и виновата в этом была отнюдь не тусклая лампочка. Все-таки здорово его отделали. "А меня?" - подумал Хеллборн и пересчитал языком зубы. Вроде бы все на месте.
- Вот уже второй раз, - продолжал Беллоди.
- Девятый или десятый, - признался Мэнс Эверард.
- Аналогично, - откликнулся Джон Гордон.
- Не могу решить, - не удержался Хеллборн, - столь богатый опыт говорит в вашу пользу или наоборот?
- Что ж, - спокойно ответил Эверард, - я выбрался и никого при этом не предал. Наверно, все-таки в мою.
- Извините.
- Ничего страшного.
- Ваши предложения, господа? - вздохнул Джеймс.
- У нас остался человек снаружи, - напомнил Беллоди.
- Да, конечно, - кивнул Хеллборн. - Пожалуй, в настоящий момент, это самая большая наша надежда.
- Вы уверены в ней? - спросил Гордон.
- Да, абсолютно уверен. И не только по той причине, о которой вы сейчас подумали, - отозвался альбионец. Офицеры и джентельмены покраснели. Все четверо, одновременно.
- Но ведь это же действительно звери! - не выдержал Гордон.
- Бывало хуже? - поинтересовался Джеймс.
- Было по-всякому, - неопределенно пожал плечами американец. Эверард только молча кивнул.
- Будем надеяться на лучшее, - промямлил Хеллборн. - Если станет совсем плохо... что ж, тогда рвем веревки зубами и бросаемся на них, как только откроется дверь.
- Если откроет... - Беллоди оборвал себя на полуслове. - Конечно, рано или поздно...
- Вот именно. Кто знает, что придет в голову этим садистам, но вряд ли они заперли нас в этот отсек, чтобы заморить голодом. Могли бы утопить в шлюпке. Воздух поступает, - Хеллборн принюхался и тут же пожалел об этом. - Будем ждать. Рано или поздно, они вернутся для продолжения разговора. ОК, всем отдыхать.
Джеймс первым прислонился к переборке, устроился поудобнее (да, связанные за спиной руки мешали) и прикрыл глаза. Голову немедленно наполнили мрачные мысли, и, чтобы разогнать их, он стал вспоминать все, что знал про абиссинеров.
Белголландцы -- нет, тогда это были просто Свободные Нидерланды, Республика Восемнадцати Провинций -- окончательно выгнали португальцев и других европейских конкурентов из Аденского залива около 1650 года. Тогда же они принялись превращать временные крепости и торговые форпосты на эритрейском и сомалийском берегу в постоянные поселения. Уничтоженных аборигенов - эфиопов, арабов, сомалийцев при этом никто не подсчитывал. Транзитная торговля процветала, колония тоже.
Полтора столетия спустя в европейскую метрополию пришел Наполеон, превративший старые добрые Нидерланды в новую нехорошую Белголландию. Когда Наполеон пал, из метрополии в Африку прибыли новые поселенцы. Тогда же за белыми колонистами окончательно закрепилось прозвище "абиссинеры", а колония получила свое настоящее имя. Заметную часть новых переселенцев составляли люксембуржцы и белгерманцы из Эйпена, Буллингена и других "Восточных Кантонов". С тех пор они совершенно смешались с голландцами и фламандцами, и говорили на одном языке ("африкаансе"), но Белголландская Абиссинская Республика/Белголландский Абиссинский Рейх сохранила/сохранил свое двойное голландо-немецкое имя.
Около 1880 года доминион БАР-БАР внезапно поднял мятеж против метрополии. Как это обычно бывает, из-за какой-то ерунды, вроде торговых пошлин на фрукты. Первыми на подавление мятежа прибыли не европейцы-бенилюксеры, а морские пехотинцы ВИК. С тех пор абиссинеры недолюбливали своих восточно-азиатских кузенов и называли их не иначе, как "виксосы". (Тесное общение с египтянами не прошло даром. Между прочим, верхние египтяне называли "гиксосами" каирских французов).
Воодушевленные своими успехами виксы даже собирались включить умиротворенную Абиссинию в состав ВИ-Конфедерации, но тут запростестовали уже кузены из другого океана. Добрые граждане Доминиона Белгондурас совершенно справедливо решили, что виксы лезут в чужую зону влияния. Метрополия, не желавшая чрезмерного усиления и без того могущественных азиатских доминионов, поддержала гондурасцев, и виксы неохотно отступили.
Репрессии среди побежденных мятежников были сведены к минимуму, больше того, им кинули сладкую косточку -- помогли завершить покорение Эфиопии. Увы, дальнейшее продвижение в Африку было невозможно. Пока шла гражданская война в Абиссинии, хитроумные англичане в союзе с Верхним Египтом совершенно покорили Судан. Тогда абиссинеры развернулись на 180 градусов и поспешили оккупировать Йемен. И в итоге все остались довольны. Кроме покоренных, конечно, но проблемы туземцев не волновали белых шерифов.