— Да, разумеется, только часть ее.
— Расскажи мне об этом, на сколько это возможно.
— Только то, что ты должен знать. Мою жену в буквальном смысле выкрали и увезли в Гонконг, а чтобы вернуть ее назад, я должен доставить им это твое чертово произведение. И вот теперь я на один шаг ближе к этой развязке, потому что, как я думаю, ты поможешь мне, а иначе...
— Угрозы здесь излишни, Дельта, — перебил его бывший рейнджер. — Я знаю, на что ты способен, а главное, что каждый из нас хочет одного и того же. Как говорится, боевые порядки смыкаются перед наступлением.
Кэтрин Степлс настойчиво предлагала немного смущенному гостю очередную порцию «Мартини». Свой почти нетронутый бокал она скромно отставила в сторону.
— О, нет, Кэтрин. У меня еще вполне достаточно, — заметил, нервно улыбаясь, ее гость и откинул со лба прядь темных волос. Это был тридцатилетний молодой человек, атташе американского консульства, Джон Нельсон. — Но мне чертовски неприятно, и я чувствую себя круглым дураком из-за этой истории с фотографиями, — добавил он. — Я еще раз извиняюсь, но я не могу забыть, что вы видели эти чертовы фотографии, именно сам факт, а не то, что вы спасли мою карьеру, а возможно, в каком-то смысле, и жизнь. — Но больше их не видел никто, за исключением инспектора Беллентайна. — Но мне достаточно позора, что «вы» видели их.
— Не думайте об этом, я достаточно повидала на свете, а кроме того, я вполне гожусь вам в матери.
— Это еще больше осложняет дело. Когда я вижу вас, я начинаю медленно опускаться в какую-то мерзкую грязь, и меня охватывает жуткий стыд.
— Мой бывший муж, не знаю где он теперь, как-то сказал, что нет и не может быть ничего грязного в сексуальных отношениях. Сначала я думала, что он сказал это, преследуя какие-то цели, но теперь я вижу, что он был прав. Послушайте, Джон, выбросьте все это из головы. Я думаю, что так будет лучше всего.
— Я постараюсь. — Появился официант с очередной порцией спиртного.
— Да, Джонни, и я надеюсь, что у тебя все будет хорошо. Ведь в консульстве ты занимаешь вполне достойное место.
— Если это место и остается у меня, то только благодаря вам и Беллентайну. — Нельсон сделал паузу и посмотрел на Степлс поверх кромки бокала. Затем, поставив его на стол, заговорил вновь: — А что случилось, Кэтрин? Почему я вдруг понадобился вам?
— Ну, просто мне нужен твой совет и, более того, даже помощь.
— Все, что угодно. Все, что только в моих силах.
— Не спеши, Джонни. Это дело еще терпит, и, возможно, я справлюсь с ним сама.
— Нет, нет. Откладывать ничего не надо. Чем я могу помочь?
— Мари Сен-Жак... Вебб, — произнесла Кэтрин, пристально наблюдая за лицом собеседника.
Нельсон моргнул, посмотрел на нее отсутствующим взглядом и, секунду помолчав, ответил: — Ничего. Это имя ничего не говорит мне.
— Хорошо. Тогда попробуем другое. Раймонд Хэвиленд.
— Могу вас заверить, что вы далеко не единственная, кто интересуется им. — Атташе вытаращил глаза и вздернул голову. — У нас все только и делают, что сплетничают на эту тему. Он ни разу не был в консульстве, даже не звонил нашему боссу, который очень хотел попасть вместе с ним на фотографию в газету.
— А есть какие-нибудь соображения, зачем он прилетел в Гонконг? Может, были какие-то слухи, наконец сплетни?
— Я не знаю, зачем он прилетел сюда, но я знаю, как это ни странно, что он остановился отнюдь не в отеле.
— Ну, можно представить, что у него здесь много друзей, которые занимают достаточно высокое положение, чтобы предоставить ему соответствующие условия...
— Я не спорю с этим фактом, предположим, что друзья есть. Но он не останавливался ни у одного из них.
— Ну?
— Дело в том, что консульство арендует дом в районе Виктория Пик, охрану которого несут морские пехотинцы, второй контингент которых два дня назад прибыл с Гавайев для несения усиленного дежурства. Этот факт не афишируется среди персонала консульства.
— И Хэвиленд находится именно там? — небрежно спросила она, опуская бокал.
— Почти на сто процентов. — Но только «почти»?
— Служба информации занимает соседний со мной офис. И когда возник вопрос, в каком отеле находится посол Хэвиленд, чтобы сообщить ему о полученных на его имя резолюциях конгресса, то от руководства последовал ответ, что нужно ждать, когда Хэвиленд позвонит сам.
— Да, значит он там, — заключила Степлс, задумчиво оглядывая зал ресторана. — Он укрылся в этом изолированном доме, чтобы заниматься разработкой операции.
— Вы думаете, что это как-то связано с этой женщиной, Мари Сен?..
— Сен-Жак. Да, мне кажется, что связь может быть прямая.
— А вы можете хоть что-то рассказать мне об этом деле?
— Не сейчас, и не потому, что не хочу, а ради твоей же безопасности. Если я права, и если кто-нибудь узнает, что ты обладаешь малейшей информацией, то, я уверена, тебя тут же отправят в Рейкьявик в одном нижнем белье.
— Но вы сказали, что не знаете о сущности этой связи?
— Конечно, — ответил она, делая глоток, — я могу и ошибаться. Практически, только ты можешь установить эту взаимосвязь.
