— Разве пятница friday по-английски не звучит как день Фреи? День Великой Матери чтут во всем мире.
— А я ведь сразу сказала, Джек не зря фестивалил на Деды́, — вспомнила Чуб. — На этот их маскарад лорда-мэра.
— И вы mademoiselle Коко, сразу узнали его по жуткому, дрожащему, потному страху.
— И чего боялся Джек-потрошитель?
— Меня.
— Вас… но за что?
— За то же, за что он смертельно боялся тебя.
— Меня? — округлила глаза Даша Чуб. — Потому что я… ад? Я убила поручика… Но при чем здесь ваш Джек?
— Я гадуница, — мурчаще сказала магиня. — Я знаю все. Я видела, как Потрошитель однажды обнимет женщину и… исчезнет.
— Это неправда. Я никогда не обнимала Джека!
— Откуда ты знаешь, если ты не знаешь, кто он? — резонно заметила Мистрисс. — А обнимала ты многих.
«Дусина, Врубеля, князя Рюмина, даже Клепу, бывало», — спешно перечислила Чуб.
Да уж, она не скупилась тут на объятия.
— Джек Гордон искал Провалля… и, как ни странно, нашел. Хоть в первый раз у него ничего не получалось. Убив первую шлюху, он не рискнул распороть еще теплой жертве живот и добыть ее органы. Но у второй он добыл необходимые ингредиенты. И его эксперимент начался и оказался удачным.
— В каком смысле?
— Ведь вы ведьмы… вы в Киеве не почитаете магию смерти, но вы ведаете, для чего используют жир убийцы, правую руку повешенного, волосы и чрево блудницы.
— Жир для магических свечей, рука повешенного «Рука славы» — помогает открывать запоры, — сухо отрапортовала Акнир, скорее для Даши, чем для магини. — Волосы блудницы используют для бесплодия рода. Чрево — чтоб попасть в ад, говорят, его запахом можно отвлечь самих Церберов.
— А еще? — подначила Мистрисс. — Или не знаете? Этого нет в вашей Книге? Если добыть обагренное кровью чрево в 3 ночи 13 минут на Великую Пятницу, можно призывать некроманта. Но милый мистер Гордон даже не подозревал, что, совершая магический ритуал над распоротым животом проститутки и мечтая открыть портал на тот свет, он вызывает меня… — засмеялась самодовольная Мистрисс. — И, конечно же, я не смогла отказаться от его приглашения… После первого пятничного убийства я прибыла в Лондон. И нашла его прямо над телом последней пятничной жертвы… И он увидел вход в иные миры. Как он и мечтал… он увидел его СВОИМИ ГЛАЗАМИ!
Полулежащая на оттоманке Мистрисс Фей Эббот откинула полы халата и расставила ноги.
Сначала Чуб ощутила холодный сквозняк, затем порыв воздуха… А затем халат Мистрисс вздулся, как парус!
И Даша поняла, почему шевелился во время выступлений подол ее звездчатого балахона, поняла, почему она называла своих душек детьми — они выходили оттуда — из того самого места!
Комнату начал наполнять серый туман.
— Вход на тот свет там — у вас между ног?.. — невежливо тыкнула указательным пальцем Землепотрясная Даша.
Само чрево Мистрисс было входом в ад. И выходом из… Проходом между мирами!
— Вы встретили Джека и затянули его… Целиком?
— Ты ведь видела это в своих видениях.
— А зубы? Все правда?
— Народные верования в разных странах так часто схожи между собой, что поневоле задумаешься: а может, все суеверия — правда? — торжественно произнесла миссис Фей Эббот. — Почему не предположить, что врата, сквозь которые каждый из нас вышел на этот свет, не могут быть и вратами на тот свет? Истинные врата только одни — человек уходит туда, откуда приходит. Но если родить может каждая женщина, принять обратно только…
— Ведьма? Жрица?
— Только сама Мать-земля! И лишь мы, подобные Великой Макошь, повелительницы жизни и смерти — некроманты! Истинные повелительницы Дней Смерти, Великих Пятниц, Бабо́в-да-Дедо́в — в эти дни мы способны на все, спасти от ада и стать адом, и вы, ведьмы, никогда не будете равными нам!
Туман стремительно наполнял уборную, точно золотые парчовые стены горели и «лампы Алладина» испускали удушливый чад.
Чуб испугалась, что еще немного, и Мистрисс просто исчезнет в этом тумане, скрывшись от них, и поспешно спросила магиню о самом главном:
— Но я видела во сне не вас, а себя. Я тоже… как вы?
— Не обольщайся, моя дорогая, у тебя нет ни малейшего дара к некромантии. Зато есть иной — несомненный дар к пророчеству! Ты видишь вещи такими, какими они есть, видишь голую правду, потому что не боишься ее наготы. Ты видела себя глазами его страха. А он видел в любой привлекательной женщине только дыру в преисподнюю. Потому, стоило тебе завести амуры, как он попытался убить тебя.
— Меня пытался убить в Одессе сам Потрошитель? Аж лестно… И вы были в курсе?
— Я была в курсе, что вас невозможно убить, Ясная Киевица Дарья Владимировна, — гадуница и впрямь знала все.
— Тогда зачем вы послали душку Джека за нами? И его, и Марию?
