— Вам не получить моих кроликов.
— Мы пришли не за вашими кроликами. Ради всего святого, да мы вообще пришли не за вами! Мисс Рук, почему мы сейчас нашли именно то, что совсем не собирались искать?
— По-моему, так получается всегда. Нашли чему удивляться, — вздохнула я.
— Что вам нужно? Откуда вы знаете, как меня зовут?
Мужчина говорил с явным валлийским акцентом.
— Не волнуйтесь, — сказала я. — Я Эбигейл Рук, а это детектив Джекаби. Мы не собираемся вас выдавать, но люди, похитившие вас, возобновили свои поиски. Мне кажется, вам грозит ужасная опасность.
— Вы меня не обманете. Если бы меня похитили, я бы, разумеется, знал об этом.
— Так вас не… — замялась я. — Вы не скрываетесь от злодеев?
Джекаби обошел мужчину и теперь разглядывал разные штуковины в его лагере.
— Я теперь живу здесь. Я работаю здесь. Ничего не трогайте! — закричал Финстерн на Джекаби, который опустился на колени перед любопытным устройством в центре поляны.
На некоем подобии деревянной платформы стояла небольшая машина Финстерна. В тусклом свете фонаря сама платформа походила на складной прилавок с тремя деревянными ножками на петлях вроде тех, что таскают с собой некоторые уличные торговцы. С одной стороны в медной раме располагался ряд медных цилиндров, опутанных спиралями проволоки. Спирали вели к аппарату, составленному из труб и трубочек разного диаметра, аккуратно закрепленных на каркасе из дерева и латуни и напоминавших огромный уложенный набок микроскоп. На этом приспособлении поблескивали бесчисленные вращающиеся линзы, а также переключатели, тумблеры и ручки разного размера, вероятно, служащие для настройки. На металлическом корпусе были выгравированы символы, значения которых я не знала.
За этим механизмом стояли ящики, из которых доносилось жалобное повизгивание и мяуканье. Я шагнула ближе.
— Что это? — спросил Джекаби, ходя вокруг устройства и рассматривая его завороженным взглядом.
— Мое изобретение, — ответил Финстерн. — Дело всей жизни.
— В качестве конденсатора вы используете модифицированный гальванический элемент Даниеля, — заметил Джекаби.
— Верно, — согласился изобретатель, уже внимательнее взглянув на детектива.
— Эффективно, но примитивно. Не понимаю. С этим аккумулятором невозможно добиться такого разряда энергии.
— Для запуска процесса не нужен дополнительный ток. Батарея конденсаторов служит только для того, чтобы обеспечить передачу энергии. Они дают лишь искру, детектив, а не топливо.
Рыжеволосый ученый тяжело дышал, но по крайней мере больше не собирался швыряться инструментами.
Я подошла к ящикам и заглянула внутрь. С мохнатых усатых мордочек на меня уставились блестящие глазки. В первом сидели белки. Во втором крысы. В щелку нижнего ящика просовывалась кошачья лапа. Похоже, мы все-таки нашли четвероногого друга Хаммета, хотя то, зачем эти животные понадобились Финстерну, оставалось загадкой. Запах от ящиков шел просто отвратительный.
— И что же служит топливом? — спросил Джекаби.
— При надлежащей фокусировке и правильном направлении энергии процесс трансвигорации поддерживает сам себя, — ответил ученый, чему-то ухмыльнувшись. Наверняка собственной гениальности.
У меня засосало под ложечкой. В ящике жалобно замяукала кошка.
— И что же, осмелюсь полюбопытствовать, представляет собой эта
За первым рядом ящиков я заметила другие, открытые. Осторожно шагнув к ним, я заглянула внутрь и тут же поморщилась от мерзкого зрелища. Мне показалось, что я вот-вот упаду в обморок, поскольку их заполняли безжизненные тушки бурундуков, кроликов и мышей. Снаружи лежала большая черная собака, которая туда попросту не поместилась. Животное не дышало.
— Сейчас покажу, — зловеще промолвил Финстерн.
Снова послышались гудение и щелчок. Обернувшись, я увидела, как на меня смотрит самая большая линза таинственного аппарата. На мгновение у меня все поплыло перед глазами, лес потемнел, а затем все тени словно по волшебству пропали и весь мир растворился в ярком белом свете.
Я сидела, прислонившись к стволу старого дерева и чувствуя, как в онемевшие конечности с покалыванием возвращается кровь. Но губы мои до сих пор оставались неподвижными, а во рту ощущался сильный привкус железа. Джекаби открывал последний ящик, выпуская испуганных животных на свободу. Рыжая кошка, прежде чем исчезнуть в кустах, остановилась и поглядела на нас. Я надеялась, что Хаммет обрадуется ее возвращению. Теперь здесь оставались лишь животные, которые уже никогда не вернутся в свои норы и дома. Застонав, я выпрямилась.
Оуэн Финстерн лежал неподвижно у другого края поляны. Я потерла виски пальцами и несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула.
— Он мертв? — осторожно поинтересовалась я.
— Жив, но без сознания, — ответил Джекаби.
