Ко мне постепенно возвращалась память. Все произошедшее заняло не более нескольких секунд. По щелчку тумблера аппарат загудел и ожил. Я почувствовала в груди толчок, как от легкого разряда статического электричества, а затем вдруг будто прорвалась невидимая плотина и сквозь меня хлынул какой-то бушующий поток — не просто
Джекаби перешагнул через изобретателя, внимательно всматриваясь в него.
— Он человек, это бесспорно. По крайней мере внешне. Но в глубине есть что-то еще. Очень глубоко. Затаившееся. Внутри него скрыт огромный потенциал. Поначалу я даже не разглядел.
— Какой-то он жутковатый. — Я оттолкнулась от земли, пытаясь стряхнуть с себя оцепенение.
— Вам лучше посидеть, мисс Рук. Еще повезло, что вы остались в живых.
— Уверяю вас, со мной все в порядке, мистер Джекаби. Я рада, что в этой адской машине что-то пошло не так.
— Не уверен, что поломка вызвана недостатками ее конструкции.
Я вопросительно приподняла бровь.
— Я видел, как через вас проходил поток энергии, направлявшийся к мистеру Финстерну. Цель этого устройства — ее перенос, то есть та самая пресловутая трансвигорация. Не думаю, что машина сломалась, мне кажется, она функционирует прекрасно… Мисс Рук, вам и в самом деле не следовало подниматься на ноги.
— Хватит смотреть на меня, как будто я вот-вот рассыплюсь. Все со мной хорошо.
Я не лгала. Онемение и покалывание постепенно прошли. Теперь я, напротив, ощущала обескураживающий прилив сил.
— Вы потеряли много энергии.
— Ничего такого я не чувствую.
—
Джекаби склонил голову набок, осматривая меня с тем же любопытством, с каким несколько минут назад исследовал таинственный механизм.
— Что значит очень много энергии? Насколько много?
— Трудно объяснить, — поджал губы Джекаби. — Я никогда раньше не видел ничего подобного. Такого просто не могло произойти. Я видел смерть, мисс Рук. Видел, как Жизненная Сила покидает тело. Трудно выразить это в числах, но она не безгранична. Знаете ли вы, что человеческий организм в среднем может потерять полгаллона крови и при этом выжить?
— Я не истекаю кровью.
— Нет, но я так говорю для сравнения, чтобы было нагляднее. Полгаллона крови — это примерно треть Жизненной Силы, и этого достаточно, чтобы даже вполне здоровый человек потерял сознание или даже скончался.
— И сколько моей энергии перешло в Финстерна?
— Если бы ваша Жизненная Сила была жидкостью, то я бы сказал, что вы лишились трех галлонов, прежде чем механизм дал сбой. А после этого она вернулась к вам обратно.
— Никогда не была сильна в математике, сэр, но вы утверждаете, будто я потеряла больше моей… моего… чего бы там ни было… чем этого было изначально.
— Да, именно это я и утверждаю.
— Не могу объяснить почему, но со мной все замечательно! — возразила я. — А с ним что делать?
Джекаби нехотя перестал настаивать на своем и повернулся к изобретателю.
— Мы не можем оставить его лежать здесь. После такой впечатляющей демонстрации меня больше волнует даже не то, что наш приятель вампир может найти Финстерна, а вопрос, зачем изобретатель такого рода вообще понадобился Павлу и его покровителям. В неподходящих руках такой механизм в сочетании с таким умом может превратиться в весьма грозное оружие.
Мы осторожно собрали устройство Финстерна. По всей видимости, оно с самого начала задумывалось таким, чтобы его можно было быстро разобрать и перенести с места на место, что не удивительно, если принимать во внимание безобразную природу этих исследований. Стенки платформы встали на место, закрыв внутри все хитрые приспособления, и зафиксировались с помощью нескольких латунных крючков и запоров. Конденсаторы крепились к вращающейся петле, так что при наклоне коробки они легко расположились под нужным углом.
Не без усилий я приподняла аппарат и перебросила ремень образовавшегося короба через плечо. Несмотря на свою компактность, он был тяжелее, чем казалось. Джекаби взвалил изобретателя себе на плечи, словно мешок с зерном, и мы побрели через лес обратно в город.
— Есть что-то неестественное в этой машине, — сказал Джекаби, когда мы почти дошли до окраины. — На нее реагирует дух леса. Чувствуете?
Я остановилась и прислушалась. В лесу вдруг воцарилась жутковатая тишина. Мы вышли из него чуть севернее того места, где вошли. Немного постояв, я направилась к пешеходному мосту. С таким громоздким грузом лучше идти по ровной дорожке, а не по ямам и кочкам. Обернувшись, я обратилась к своему работодателю:
— Вас что, нисколько не беспокоит тот факт, что кто-нибудь может заметить, как вы куда-то тащите тело посреди ночи?
— Вообще-то нет, — ответил Джекаби. — В прошлом таких проблем не возникало ни разу.
Не успела я дойти до дальнего конца моста, как из-под него вылетело нечто зеленоватое, со стуком ударившееся о доски. В изумлении я уставилась на покалеченную тушу полусъеденного карпа.
