Изабелла почувствовала раздражение. Какое ей дело до того, что подумает мистер Аппертон? Она не собирается водить с ним знакомство. Скорее всего она никогда его больше не увидит, и это к лучшему.
Покрой его одежды, ее качество, прекрасная кожа сапог сообщили девушке все, что нужно. Перед ней явно повеса из города. Очевидно, гостит в большом доме над обрывом. Изабелла по опыту знала, что такой человек может быть опасен.
– Я бы предпочел все-таки «Изабелла», – улыбнулся мужчина, обнажая ровные белые зубы. – Имя так вам подходит. «Мисс Миерс» звучит очень уж обычно, как будто вы самая заурядная Изабелла, но я сомневаюсь, что вы способны быть заурядной хоть в чем-нибудь.
О да, он опасен, вернее, остроумен и легок на язык. Однажды она уже поддалась такому вот златоусту и жестоко поплатилась за это. Больше этого не будет.
Изабелла вздернула подбородок.
– Я не позволяю вам называть меня по имени.
Мужчина неспешно поднялся. Изабелла сразу узнала этот прием – попытка уравняться с ней на поле боя. Он просто не желал оставаться ниже ее. Изабелла и вообще была невысокой, но из-за огромного роста мистера Аппертона почувствовала себя почти такой же маленькой, как Джек.
– Вот как, мадам. – Слова сопровождались аристократично-любезной, слегка отстраненной улыбкой.
О, Изабелла прекрасно ее помнила. Как хорошо было жить вдали от этой надменности и холодной готовности осудить. Сколько лицемерия в этой улыбке!
Но мужчина продолжал стоять, не отводя от нее глаз. В конце концов Изабелла почувствовала, что его взгляд прожигает ее насквозь, – ощущение тревожное, но знакомое. Изабелла переступила с ноги на ногу, остро чувствуя, как плотно мокрые юбки облепили ее ноги, как впиваются шершавые камешки в босые ступни. Зубы стучали. Пришлось их стиснуть.
Джек переводил взгляд с одного собеседника на другого.
– Мама?
Изабелла прикрыта глаза. Кровь бросилась ей в лицо. О Боже! Сейчас, когда Джек выдал ее тайну, она была не в силах посмотреть в глаза Аппертону.
– Мама? – Мальчик подергал ее за юбку. – Разве не надо поблагодарить за то, что меня спасли?
Изабелла положила ладонь на голову мальчика и погладила мокрые кудри.
– Конечно, дорогой. – Стиснув зубы, она сделала маленький книксен. – Прошу прощения, сэр. Я была не в себе. Очень благодарна вам за то, что вы выловили Джека из воды.
– Не стоит благодарности.
Что-то в его тоне вынудило Изабеллу поднять глаза. Незнакомец смотрел очень внимательно, словно пытаясь вновь оценить ее. Переоценка. Изабелла это предвидела. Его взгляд оторвался от ее босых ног, метнулся к Джеку и вернулся назад – вычисляет возраст, решила она. Так поступали все, кто узнавал правду. И все же…
У Изабеллы не было впечатления, что незнакомец оценивает ее. Пожалуй, она чувствует только его любопытство. И слава Богу, слава Богу, что ей не придется терпеть ничего другого. После всего случившегося она бы этого не выдержала. Дрожь усилилась. Девушка стиснула кулаки.
– Джордж? – оживленно обратился к незнакомцу Джек. Изабелла хотела его одернуть, мальчик уже продолжал: – Было весело, правда?
– Весело? – Изабелла едва сумела разлепить дрожащие губы. Сердце снова заколотилось, память о пережитом страхе вытеснила приличия. Ведь она едва не потеряла его. Его белокурая головка скрылась бы под волнами, а она бы стояла, парализованная ужасом. – Ты почти утонул.
– Да, Джек, маму надо слушаться, – неожиданно мягким тоном произнес Аппертон. Изабелла не смела взглянуть на него. Теперь он знает правду. – Видишь, твоя мама старается не показать виду, но я уверен, она пережила испуг, который не скоро забудет.
Взгляд Изабеллы против воли метнулся к нему. Как он догадался? Ведь они совсем чужие. Она ничего не знает ни о нем, ни о его намерениях. И ей не нужны ни его внимание, ни чуткость. А больше всего Изабелла не хочет, чтобы он крутился вокруг Джека, пусть даже мягкий упрек незнакомца заставил сына опустить глаза и покраснеть. Надо же! Аппертон не кричал, не пугал мальчика, а просто высказал очевидное, и вот Джек стоит, послушный и полный раскаяния, но ясно, что урок дошел до него.
– Сколько у вас детей? – Изабелла сама не ждала, что у нее вырвется подобный вопрос.
Мистер Аппертон удивленно моргнул:
– Что? Почему вы это спросили?
– Просто… – Господи, ну почему она поддалась любопытству? Меньше всего ей следовало поощрять его. У него может возникнуть ложное впечатление – вдруг Аппертон решит, что ей нужен покровитель? – Вы так хорошо управляетесь с детьми. Вот я и подумала, что у вас могут быть свои дети.
Господи! Не хватало еще спросить прямо в лоб, женат ли он! Что за дерзость с ее стороны!
У Аппертона дернулся уголок рта, щеки вдруг потемнели.
– Я? Хорошо управляюсь с детьми? Да вы смеетесь! – И чтобы подтвердить слова, он хохотнул, но смех прозвучал вымученно. Изабелле он показался неискренним. – Я не женат. И, насколько мне известно, побочных детей у меня тоже нет.
Изабелла вздрогнула. Разумеется, он старался говорить легким тоном, пожалуй, слишком легким, тем не менее ее окатило волной стыда. Затылку стало жарко.
