Партийные аппаратчики внимательно читали «Правду». Увидев утверждение о том, что жизнь стала лучше, они поняли, что настал поворотный момент. Все шло настолько успешно, что партия и народ могли себе позволить чуть больше, чем раньше, – чуть больше роскоши, чуть больше смеха и чуть больше удовольствия. Очень быстро вернулись цыганские песни и новогодние елки (и те и другие были в своего рода опале). Жену министра иностранных дел Полину Молотову назначили ответственной за создание новых советских духов. На заводе по производству шампанских вин «Новый Свет» на иностранном оборудовании стали производить шампанское. Члены Политбюро начали носить не военные френчи, а сшитые на заказ костюмы, да и девушки-работницы, закончив свой трудовой день, уже хотели выглядеть не как крестьянки, а как изысканные парижанки[69].
Таким образом, слова Сосо «жить стало лучше, жить стало веселее» в чем-то схожи со словами известного персонажа Книги Бытия, говорившего: «Да будет это», и «Да будет то». В общем, после этих слов Сосо жить в России действительно стало лучше!
И вот доказательство: две девушки идут по Кузнецкому Мосту. На них яркие приталенные платья. На голове одной широкополая желтая шляпа, под полями которой – длинные накрашенные ресницы. Девушки ощущают под ногами звуки проходящего под ними поезда метро. Незадолго до этого в Москве были открыты первые станции метрополитена. Они останавливаются около витрины ЦУМа и рассматривают выставленные в ней пирамиды туфель на высоких каблуках, шляп и часов.
Эти девушки живут в коммунальных квартирах и стирают свои вещи в общей ванной. Вы думаете, что им неприятно смотреть на выставленные в витрине богатства? Совсем нет! Они могут этим вещам удивляться и завидовать тем, у кого эти вещи есть. Дело в том, что и эти девушки могут купить все, что стоит на витрине. До недавнего времени в ЦУМ ходили только иностранцы и партийная элита, но эти времена уже прошли. Начиная с 1936 года магазин открыт для всех граждан, которые готовы платить валютой, серебром или золотом. На цокольном этаже ЦУМа расположен отдел скупки драгоценностей, где можно за полцены продать фамильные бриллианты.
Вот видите, жить действительно стало веселее.
Две хорошо одетые девушки осмотрели экспозицию на витрине, представили себе, что смогут купить все это, а также и большие квартиры со шкафами и кладовками, в которых можно будет хранить все эти шляпы, обувь и часы, и пошли на обед с двумя молодыми людьми с хорошими связями.
Девушки ждут зеленого сигнала светофора, чтобы перейти Театральный проезд. Они пересекают улицу, входят в отель «Метрополь» и по пути в ресторан «Пьяцца» минуют стойку, за которой стоит представительного вида седовласый консьерж…
– О, наконец-то, конец весны! – сказал граф Василию, который просматривал список заказов столиков на сегодняшний вечер. – Если судить по длине юбок вон тех дам, то на улице все еще плюс пятнадцать, несмотря на то, что сейчас уже семь часов. Через несколько дней парни начнут воровать цветы из Александровского сада, а Эмиль будет раскладывать горох по тарелкам…
– Вне всякого сомнения, – ответил Василий тоном библиотекаря, соглашающегося с ученым.
Днем на кухню «Боярского» прислали первую в этом году партию местной клубники, и Эмиль дал графу горсточку ягод, чтобы тот съел их на завтрак следующим утром.
– Скоро лето, дни будут длинными, ночи короткими, а жизнь станет беззаботной, – заметил граф.
– Александр Ильич!
Граф не ожидал, что к нему обратятся по имени и отчеству. Он обернулся и увидел перед собой молодую женщину в брюках. Она была невысокого роста, у нее были прямые светлые волосы, синие глаза, и производила она впечатление человека, уверенного в себе и своих силах.
– Нина! – воскликнул граф. – Как я рад тебя видеть! Сколько лет, сколько зим… Ты давно в Москве?
– Можно переговорить с вами наедине?
– Конечно…
Граф почувствовал, что цель визита Нины – глубоко личная, и отошел на несколько шагов от стойки консьержа.
– Мой муж… – начала Нина.
– Ты замужем! – воскликнул граф.
– Да, мы со Львом поженились шесть лет назад. Мы вместе работали в Иванове…
– Я его помню!
Нина покачала головой, вероятно, раздосадованная тем, что Ростов ее постоянно прерывает.
– Вы вряд ли встречались.
– Ты права. Мы не были представлены, но он заходил вместе с тобой в отель перед вашим отъездом.
Граф улыбнулся, вспомнив красивого комсомольского вожака, который отправил товарищей и остался ждать Нину.
Нина попыталась вспомнить, когда они с мужем были в «Метрополе», но потом махнула рукой, потому что в конечном счете не имело никакого значения, были они в отеле или нет.
