— Поразительно, — прошипел он, стирая рукавом мантии дымящиеся остатки формулы. — Ты путаешь алхимические пропорции даже в простейших зельях сновидений. Твоё невежество разрушительно, как некорректный фрактал, — внезапно он резко дёрнул её за запястье, прижимая ладонь к испорченному пергаменту:
— Считай! Варварское отношение к цифрам оставит тебя без рук после первого же неудачного преобразования Меркурия!
Свеча над их столом завибрировала, отбрасывая дрожащие тени на витражи с изображением основателей:
— Даже в элементарном зелье лунного света требуется...
— В элементарном?! — Джинни вскочила, задев плечом парящую тарелку с пудингом. Десерт с грохотом приземлился на скамью, где сидела вздрогнувшая Гермиона. — Вот мой "
Гермиона, до этого переводившая взгляд между страницей
— Но Джинни, в пятом томе
—
— Ты сама как ходячий учебник! — её голос дрожал, когда она схватила со стола бокал и осушила его магией, проведя ножом по краю: — Вот мои цифры! Три капли натрия, два взмаха палочки, один вопль отчаяния!
Том внезапно встал, его тень на витраже Годрика Гриффиндора исказилась в деформированный восьмиугольник. Он ловко перехватил нож, пригвоздив им пергамент к столу:
— Этот
Том угрожающе навис над ней, точно удав перед кроликом. Он схватил Джинни за подбородок, заставив смотреть на дымящийся пергамент:
— Это
Джинни мотнула головой, сбросив руку Реддла, как обжигающий уголь. Губы сжались в белую нить, а глаза — узкие щели под сдвинутыми стреловидными бровями — метнули в него стальные осколки.
— Ты невыносим! — выдохнула она с шипением, вцепляясь в ремень сумки до побеления костяшек. — Именно поэтому я и не хотела, чтобы ты мне помогал! Ты... ТЫ ДАЖЕ ХУЖЕ ГЕРМИОНЫ!
Скамья громыхнула об пол, когда она перескочила её рывком, будто преодолевая баррикаду. Сумка взлетела на плечо с таким размахом, что задела бокал тыквенного сока за спиной Рона. Не оборачиваясь на возмущённый вскрик брата, она ринулась к дверям, подол мантии хлопая по голенищам, как чёрный парус.
Коридор встретил её эхом собственных шагов. Челюсть сводило от напряжения — она буквально чувствовала, как злость выгрызает дыру в диафрагме.
На пятом этаже Джинни врезалась плечом в рыцарские доспехи, даже не замедлив шаг. Злость с новой силой запульсировала в висках синкопами, заставляя кусать внутреннюю сторону щеки до крови.
Швырнув сумку на пол она впилась пальцами в край раковины, мраморный холод проступил сквозь кожу.
Первая раковина ответила на поворот крана скрипящим безмолвием.
—
Металлический грохот разорвал тишину. Вторая струя хлынула ледяным водопадом — она сунула лицо под поток. Джинни откинула голову, вода стекала за воротник рубашки холодными змейками. Этого показалось мало, и она снова хотела окунуть голову в воду.
Но в этот миг жемчужная дымка вырвалась из слива, приняв очертания девушки в мутных очках.
—
