Конечно, психиатры не экстрасенсы и не колдуны, но у меня возникло стойкое ощущение того, что он прекрасно видит мою ложь и знает, что я далеко не та, за кого себя выдаю.
- Вы, как лечащий врач Константина Туманова, считаете его виновным в убийстве своей семьи?
- Ну я не судья, не следователь. Я не смотрю на своих пациентов, как на подсудимых или заключенных. Для меня они больные люди, которых нужно лечить. Поэтому я не выношу приговоров, вердиктов и обвинений. Я занимаюсь своей работой.
- Но вы считаете этого пациента способным на убийство?
- А почему вы говорите в настоящем времени? Разве Туманов не погиб несколько лет назад?
- Случайно. Наверное, так удобней говорить о ком-то - в настоящем времени. Ну и ваше мнение. Оно же не изменилось?
Врач снял свои круглые очки и протер их платком в клетку. Очень тщательно протер. Каждое стекло по отдельности, и снова надел.
- Костя пережил огромную трагедию. После такого любой человек мог бы впасть в серьезную и глубокую депрессию. Но у него на эту депрессию не было времени. Его швырнули из одного кошмара в другой. Ему приходилось справляться с ужасной потерей и защищать себя от несправедливого обвинения. Когда он вошел в стены этой больницы, он не был способен на убийство.
- То есть вы считаете, что Костя Туманов не убивал свою семью?
Я старалась не нервничать. Старалась справляться со своей ролью журналистки, которая проводит расследование по старому нашумевшему делу.
- Знаете, наша система правосудия далеко не всегда ищет, кто прав, а кто виноват. Иногда она ломает того, кто больше всего подходит на роль виноватого, чтобы закрыть дело как можно быстрее. Тем более, когда подозреваемый не в силах за себя постоять, не имеет связей и денег.
Я откинулась на спинку стула, делая пометки в блокноте.
- Но ведь он был болен? Вы же не держите здоровых пациентов?
Врач усмехнулся и снова внимательно посмотрел мне в глаза.
- А что, по-вашему определению, значит «болен»? Психиатрия - очень тонкая наука и не изучена до конца. Я могу сказать, что девяносто девять процентов людей из тех, с кем я общался, вполне могли бы стать пациентами нашей клиники.
- Но вы же лечили его, а значит, был какой-то диагноз.
- Конечно был. Диссоциативное расстройство личности
