Джон Леннон полностью

В августе 1966 года круги этой «священной войны» пошли все дальше, и опасность стала постоянной. «Статья в «Evening Standard» была написана очень ответственной журналисткой, Морин Клив, и цитата приводилась в правильном контексте, — восклицал Тони Барроу. — Джон заявил, что в данный момент поп–группа привлекает к себе большее внимание, чем бог. И действительно, на концерты приходит гораздо больше людей, чем в церкви. Эта фраза была вырвана из контекста и в этом отношении стала настоящей антирекламой».

Последняя попытка уменьшить ущерб была предпринята на пресс–конференции, которая состоялась за несколько часов до первого концерта в Чикаго. Там Джон был вынужден сделать заявление, которое большинство присутствующих восприняли как извинение. «Я впервые видел, что он нервничает на пресс–конференции, — заметил Барроу. — Вероятно, он действительно не понимал, за что нужно извиняться». Леннон сказал собравшимся журналистам: «Мне жаль, что я сболтнул…»

Гастроли на севере страны прошли без всяких неожиданностей, если не считать пикета куклуксклановцев у стадиона в Вашингтоне. Однако анти–битловские настроения были уравновешены значками с надписью «Я люблю Джона», пользовавшимися огромной популярностью. Тем не менее Брайану Эпштейну кто–то позвонил из телефона–автомата и пообещал, что один или несколько музыкантов найдут свою смерть на концерте в Мемфисе. Концерт все же состоялся — несмотря на взорвавшийся прямо на сцене фейерверк. Отдых от такой напряженной жизни Beatles находили лишь в самолете во время перелетов из города в город.

Более коварной была — и продолжала оставаться — другая угроза. Одна немецкая fraulein утверждала, что отцом ее ребенка является один из музыкантов Beatles. Именно поэтому группа не выступала в Германии с 1962 года, когда они работали в клубе «Star–Club», по 1966 год, когда состоялся их концерт в «Ernst–Merk–Halle». Они даже отказывались от заманчивого предложения появиться на телевизионном шоу «Beat Club», не менее популярном, чем «Ready Steady Go». Именно поэтому Dave Dee, Dozy, Beaky, Mick And Tich пользовались на немецком рынке большим успехом, чем у себя дома, — до такой степени, что на 3000 голосов опередили Beatles в голосовании на лучшую группу, проводившемся журналом «Bravo».

Тем не менее с учетом всех персональных и личных проблем, не дававших покоя группе, остановка в Гамбурге 26 июня 1966 года показалась им отдыхом в спокойном оазисе после тяжелого путешествия вокруг всего земного шара. Пребывая в веселом настроении, Леннон по–дружески принимал старых приятелей за кулисами зала, охранявшимися не хуже, чем Форт–Нокс. Правда, несмотря на все дружелюбие Леннона, у Астрид Кирхгерр возникло ощущение, что он не прочь, чтобы она вновь появилась в его жизни. Но он не мог вернуть 1961 год, когда…

Внезапно наступила тишина — Астрид, Ли Кертис, Берт Кемпферт и все остальные молча смотрели на Джона, раздумывая, адекватен ли он. После все расслабились — пока он не рискнул столкнуться с призраком Стюарта Сатклиффа во время ночной прогулки по старым притонам, все еще сохранившимся на улице Рипербан.

Затем компания вернулась на вечеринку, где громадное число гостей решили, что Beatles уже достаточно проявили себя, и поэтому рассказывали байки о том, что Рори Сторм сказал Бруно Кошмидеру в «Кайзеркеллер» в 1960 году, а также вспоминали старые обиды. Теперь все это казалось таким далеким: «Индра», лорд Вудбин, Рики Ричардс, клуб «Top Ten», «The Graduates», Пит Бест, Am't She Sweet, Johnny And The Hurricanes…