– Ты не можешь заплатить, раз ты не знаешь, кому платить, – покачал он головой. – Я бы жил себе как ни в чем не бывало и надеялся, что эта ситуация продлится подольше.
С финансовой точки зрения это была большая удача, но Джонатан не мог успокоиться. Ему казалось, что Фрэнк может появиться в любую минуту с Джимми-греком и бейсбольной битой, чтобы сказать, что ему, Джонатану, осталось жить десять минут. Он стал плохо спать, видеть во снах Фрэнка, который нависал над ним, тряс его за плечо и кричал: «Собаки??? Ты сюда животных привел?»
Его разбудил телефонный звонок. Он еле-еле проснулся и взял трубку.
– Джонатан? – это была Джули. – Мне нужно забрать остаток вещей. Надеюсь, ты не возражаешь.
– Я возражаю.
– Я могу прийти, когда тебя не будет, если так будет лучше.
Ему хотелось заорать: «Купи себе новые вещи», – и изо всех сил бросить трубку. Или, как вариант, заорать: «Я все равно уже сжег все твои вещи». И бросить трубку. Он даже согласен был просто бросить трубку, ничего не говоря, или купить сигнал сирены и включить его на всю мощь, когда она позвонит снова, чтобы у нее барабанные перепонки лопнули. Также было бы здорово звонить ей в самое неподходящее время и просто бросать трубку, не говоря ни слова, – просто чтобы вывести ее из себя и заставить нервничать. Или окунуть ее в бассейн с голодными морскими звездами.
Но вместо этого он подумал, что если он выдержит двадцать минут в режиме натянутой вежливости, то сможет больше не видеть ее никогда.
– Да, приходи. Жду не дождусь, – надеялся он задеть ее своим сарказмом. Но она умела его не замечать.
Когда Джули приехала к нему этим же днем, он оказался не готов к состоянию, которое он испытал с ее появлением. Она вся светилась, и ее доброта к нему – похожая на сочувствие к пожилому родственнику или коллеге по работе – привела его в ярость.
– Все в итоге вышло очень забавно, – сказала она. – Свадьбу посмотрело восемьсот тысяч человек, и с тех пор у нас двенадцать миллионов уникальных посетителей на сайте. Меня сделали начальником отдела продаж, серьезно подняли зарплату, и мы сейчас делаем сериал – «Свадьба на темной стороне». Все ждут, когда он выйдет.
Для Джонатана оказалось гораздо сложнее следовать собственному плану, который заключался в игнорировании всего, что она говорит.
– Значит, все закончилось отлично. Очень рад слышать.
– А ты обрел способность говорить!?
– Думаю, у меня была аллергия. На тебя.
Он спросил (поскольку сейчас это уже ничего не значило), что же содержалось в файле «Джонатан». Она сказала, что удалила его.
– Естественно, – съязвил он. – Теперь у тебя файл «Марк» появился.
Она сочувственно взглянула на него и вместо ответа села на корточки, чтобы погладить Данте.
– Твоя подружка, наверное, скучает по тебе, – Джули взглянула на Джонатана. – Они были очень близки.
Джонатан смотрел на нее.
– Какая трагедия. Ты хочешь, чтобы я устраивал им свидания с собакой Марка?
– У тебя бы все равно ничего не получилось. Его бывшая не дает ему видеться с ней, – она гладила голову Данте. – Даже по выходным. Это несправедливо по отношению к Марку. И Вилме.
Значит, бедный Марк, своровавший его девушку, теперь был самым несч… Вилма?
Данте отвернулся от Джули и неотрывно смотрел на Джонатана таким взглядом, которым Дживс мог бы предупреждать Вустера о глобальных переменах.
Мир замер. Джонатан застыл посреди собственной мысли. Только его сердце бешено билось в груди, как плохо натянутый брезент посреди шторма.
Может быть такое, что рядом живут две разные собаки по имени Вилма?
Он переводил взгляд с Данте на Джули. Время мучительно ползло, потихоньку набирая обороты. Данте смотрел хозяину прямо в глаза.
Медленно-медленно, со скоростью таяния ледников, Джонатан повернулся к Джули.
– Собаку Марка зовут Вилма? – казалось, он задавал этот вопрос целую вечность.
– Она больше не его собака. Его гадкая бывшая оформила единоличную опеку. Это жестоко. Он думает подать на нее в суд.
Думай, думай, думай! Мозг Джонатана наконец проснулся.
– Его подруга, случайно, не ветеринарный врач?
Джули с ужасом посмотрела на него.
– Ты что, следишь за ними? Это отвратительно.
Его сердце выскочило из груди и пробежало четырнадцать кругов по квартире. Глаза-пружинки выскочили из глазниц. Волосы встали дыбом. Уши отпрыгнули от головы и вернулись на место.
– Пойду соберу вещи, – сказала Джули.
Джонатан повернулся к Данте, который продолжал на него смотреть. Просто сейчас он немного наклонил голову. «О боже, – догадался Джонатан. – Весь этот роман между Джули и Марком был для того, чтобы он и доктор Клэр… О, Данте, Данте, – шептал он. – Какое же ты замечательное создание».
– Ты не знаешь, где мои замшевые тапочки? – крикнула Джули из спальни, откуда-то из-под кровати.
– Посмотри в мусоросжигателе, – ответил он.
Она вышла с сумкой, набитой вещами.
– Ладно, я пойду. Бедный Марк один. Он тяжело переживает разрыв с бывшей.
