— Та-а-а-к… Дискуссионный клуб «Интеллект», научно-технический клуб «Это вы можете», рок-клуб «Музыкальный ринг»… Э-э-э… А «рок-клуб», — это, простите — то, что у нас в СССР запрещено? — спросила директор Мая Сергеевна.
Я пожал плечами.
— Я не в курсе, что у вас в СССР запрещено, Мая Сергеевна. У нас это разрешено. Да и у вас, как мы видим, — я ткнул пальцем в подпись третьего секретаря Московского горкома КПСС. — Может что-то изменилось, а вы не заметили.
— Кхе-кхе… Нам приходят методички. Кхе-кхе… Извините. Вы — иностранец… Поехали дальше…
Мы «поехали» читать мой план работы дальше.
— Гранд на изучение молодёжного среза советского общества… Один миллион фунтов… Солидно… Гранд на исследование и разработку концепта «русская культура» и современные практики культурного наследования. Интересно. Это вы свои средства будете тратить на наши научные исследования?
— Это деньги фонда, Мая Сергеевна. Миссия у него такая.
— Да, кстати. Хотелось бы ознакомиться с уставом вашего фонда.
— Французским владеете? — спросил я.
— Не вполне, — порозовела директор дворца культуры МГУ.
— Тогда я дам вам чуть позже уже адаптированный текст. Завтра прибудет рейс с нашим оборудованием. Там много чего интересного приедет: Компьютеры, копировальная техника.
— Копировальная техника? У нас запрещено, — взволновалась Мая Сергеевна. — Даже пишущие машинки на учёте.
— Всё сейчас будет немного по-другому, Мая Сергеевна. Аж целое постановление совета министров по нашему фонду выйдет. Не переживайте. Мы не переступим нормы советского закона.
