— Конечно, — тут же раздался ответ. Джонни вздрогнул: он никогда не слышал, чтобы невероятно робкая от природы Энни говорила так звонко и уверенно. — Конечно счастлива.
— И в чём же твоё счастье?
— В тебе, в Ребекке… в нашей семье, — ответила Энни, откладывая нож, которым собиралась нарезать бекон. — Мне всегда хотелось иметь семью. Ещё в детстве я решила, что хочу стать мамой, подарить миру ещё одну жизнь. Сейчас у меня есть семья — ты и Ребекка. Несмотря на всё трудности, которые с нами происходили, моя мечта исполнена, и я абсолютно точно счастлива.
— Даже когда мы жили в квартире?
— Даже когда мы жили в квартире, — кивнув, ответила Энни. — Да, раньше с деньгами было туго, но в остальном то время было прекрасным. Возможно, даже чем-то лучше, чем сейчас. Мне многого для счастья не надо, — смущённо добавила она.
— Вот как, — задумчиво произнёс Джонни.
— А ты счастлив? — помолчав, спросила Энни.
— Я? Д-да… конечно счастлив. У меня есть ты и Ребекка — вы мои сокровища. Конечно, я счастлив… — Джонни улыбнулся.
— Хорошо, я этому очень рада. Но знаешь… если честно, мне кажется, что семья для тебя не самое главное… Я отчётливо помню тот день, когда в детстве мы сидели втроём: я, ты, Алан. Мы тогда говорили о разном, и вдруг Алан предложил отправиться в кругосветное путешествие — в каждом море и океане поплавать, пожить в каждой стране не менее месяца, с новыми людьми познакомиться и многое в таком же духе, а ты эту идею поддержал. Помнишь, как мы вломились в старый магазин на окраине города и упрашивали Ли взять нас к себе на работу? Я была тогда счастлива… потому что ты улыбался… Я даже сейчас иногда думаю, что было бы, если бы мы поехали с Аланом, если бы не остались здесь…
Пока Энни говорила это, ломая тонкие пальцы и то и дело дотрагиваясь до обручального кольца, Джонни стоял в проходе и с невидящим взглядом тоже вспоминал тот день.
Всё было готово к вылету, оставалось два дня. Джонни с нетерпением ожидал то раннее утро, которое могло бы изменить его жизнь раз и навсегда, но после ссоры с матерью всё испарилось. Он устал так жить, устал постоянно видеть один и тот же сон: он бежит по серому лабиринту, добирается до двери, нажимает на ручку, и ничего не происходит — дверь закрыта с другой стороны, — а позади высокие бетонные стены расползаются в трещинах. Ему так и не удалось выбраться из этого лабиринта.
Алан пытался вновь заразить Джонни их мечтой, но на того напала такая апатичная скука, что он, ютясь в доме Энни, постоянно сидел в её комнате и неподвижно наблюдал, как медленно двигаются тени по белому потолку. Так Алан и улетел один, грустно взглянув на своих друзей.
Как бы изменилась жизнь, если бы они полетели втроём?
— Прости, наверное, мне не стоило этого говорить… Я не хотела, чтобы это звучало грубо… Ты же понимаешь, что я имею в виду, да? Прости…
— Всё нормально, — спокойно ответил Джонни. — Наоборот, спасибо, что напомнила мне эту историю.
— Я не знаю, к чему был твой вопрос о счастье и о чём ты думаешь, но рада, если смогла тебе помочь, — тепло улыбнувшись, сказала Энни. — А сейчас, пожалуй, мне стоит заняться завтраком, а то могу не успеть до того, как проснётся Ребекка…
— Да, конечно, я тоже пойду к себе: нужно заняться новым проектом… — отозвался Джонни и, чмокнув жену в щёку, вышел из кухни.
Он коснулся груди. Это стало его привычкой — прощупывать под тканью одежды крохотный шарик, его душу. С того дня, как Джонни заключил контракт с демоном, только он мог касаться своей души и видеть её. Демон… Джонни нужно поговорить с Ним.
Джонни бесшумно поднялся на второй этаж и зашёл в свой кабинет, закрыв за собой дверь на замок. Джонни всегда мечтал о собственном кабинете, большом и светлом, с дубовым столом, полками книг и маленьким кактусом в глиняном горшочке. И теперь такое место у него есть.
Джонни уселся в кожаном кресле и, постукивая пальцами по лакированной столешнице, глубоко вдыхал и медленно выдыхал воздух. Всегда, когда он собирался делать это, начинало трепетать сердце, а мысли мгновенно вылетали из головы. Джонни не мог сидеть. Он вскочил на ноги и, нарезая круги, взволнованно потирал руки. Наконец он потянул за тонкую нить на шее. От кулона по-прежнему исходило еле ощутимое тепло и тусклый белый свет.
— Демон, — прошептал Джонни. — Ты здесь? — Джонни огляделся, никого не было. — Демон!..
— Конечно здесь. Где ж мне ещё быть? — раздалось за спиной Джонни. Демон сидел на подоконнике — своём излюбленном месте, — скрестив руки и закинув ногу на ногу, самодовольно улыбался и сверлил Джонни жёлтым взглядом. — У тебя появилось новое желание?
— В общем-то, да. Знаешь, я только что разговаривал с Энни, и она мне напомнила…
— Я это и без тебя прекрасно знаю, Джонни. Я же демон, а демоны всё знают. Так что давай ближе к делу. Каково, Джонни Ринго, на этот раз твоё желание?
— Я думаю, что хочу путешествовать, как Алан. Незабываемые кругосветные приключения и всё в таком духе…