- Да, я видел своими собственными глазами чешую Айгринда! Трогал их вот этими руками, - старик выразительно вытянул вперёд жилистые руки. - И даже ел пироги, испечённые на чешуе морского монстра!
Как я уже говорил, вдова влачила жалкое существование. Поэтому я предложил ей продать удивительные артефакты. Она послушалась моего совета, и на следующий же день снесла одну из реликвий на рынок. Никто, конечно, не поверил её истории про Айгринда. Она уже думала возвращаться ни с чем назад, как её товаром вдруг заинтересовался богато одетый юнец. Оказалось, что это паж графа Арвуда, чьи владения располагались неподалёку. Молодой человек решил удивить своего господина занятной безделицей, поэтому согласился купить чешую, но только за половину установленной цены. Бедной женщине не куда был деваться... И она согласилась.
Граф очень заинтересовался подарком. Поначалу они приняли чешую за необычную металлическую пластину. Но как бы кузнецы графа не пытались оплавить или хотя бы погнуть "пластину" - ничего у них не получилось. Ни жар, ни тяжёлые молоты не брали дьявольскую штуку! Тогда Арвуд повелел перековать свои доспехи, вставив в них чудесный артефакт целиком.
Эйнар замолчал. Огонь в его трубке давно погас. Но старик не спешил её раскуривать. Его рассеянный взгляд был устремлён куда-то в темноту. Воспоминания о былых событиях целиком захватили старого матроса.
- Да, занятная история... - первым подал голос помощник капитана Радуар.
Слушатели охотно согласились. Рассказ о могучем змее, который, возможно, прямо сейчас лежал под днищем "Грифона", впечатлил присутствующих. Моряки с содроганием вспоминали, как не единожды могли вызвать гнев Айгринда, когда сорили в море.
- А всё-таки хорошо бы подержать одну из чешуек... - мечтательно протянут Большой Итан.
- Едва ли это возможно, - отозвался Эйнар. - Через года два, с тех пор как я покинул те края, мне довелось услышать продолжение той истории. Граф, впечатлённый удивительными свойствами подарка пажа, решил завладеть и вторым артефактом. Он явился к вдове и силой отобрал чудесную реликвию. Но Арвуд не долго тешился своим неправедным приобретением. Вскоре разразилась Война Могил*. Тамошние земли подверглись невиданному опустошению. Сгинуло много народу, в том числе и вероломный граф. Если вы когда-нибудь окажетесь в тех местах, вас встретят безмолвные руины, поросшие лесом поля и печальные белеющие кости...
Палубу окутала непроницаемая тишина, нарушаемая только глухим шипением горящего в корабельном фонаре фитиля. Поднялся небольшой ветерок, сдув с небосвода грязные лохмотья облаков. Освобождённые от пелены звёзды осветили безобьятную тушу моря. Стихия мирно дремала, едва слышимо сопя глухими прибоями на далёких берегах.
Раздалось недовольное ворчание вперёдсмотрящего, который наконец-то дождался сменщика. Слушатели, сбрасывая с себя задумчивое оцепенение, потянулись в кубрик и каюты.
Джонни долго не мог уснуть. Русалки, Айгринд, вероломный граф, людоед - это всё так было не похоже на его родной Волчий Дол! Горец почти физически ощутил непреодолимую пропасть между его прежней и нынешней жизнью.
Движимый каким-то томительным волнением, он встал со своего импровизированного ложа. Облокотился руками об края фальшборта и стал всматриваться в чернеющую массу воды немигающими глазами, полными суеверного ужаса и восхищения.
Тут горец заметил, что не он один страдает бессонницей. Какая-то плотно закутанная фигура нервно прохаживалась по палубе. Незнакомец ходил взад-вперёд, от одного борта к другому. Иногда фигура замирала на середине палубы, нерешительно раскачиваясь на носках. В какой-то момент незнакомец вновь остановился. Но вместо того, чтобы возобновить свой странный маршрут, вдруг повернулся к Джонни и зашагал в его сторону.
Подойдя к горцу на расстояние вытянутой руки, незнакомец резко остановился. Из-за плотно надвинутого капюшона вспыхнули красными огоньками два недобрых глаза, отчего сердце горца встрепенулось, как застигнутая змеёй птичка.
- Скажи, смертный, где баланс? - раздался из-под капюшона ужасный металлический голос, от которого могла бы заледенеть даже самая горячая на свете кровь.
Джонни второй раз в жизни слышал слово "баланс". Впервые оно было произнесено портовым стражником. И вот теперь этот тип, явно из свиты Морозильника, вновь упомянул это непонятное слово. Язык горца прирос к нёбу, колени предательски задрожали.
Проклятый, не дождавшись ответа, продолжил:
- Когда-то меня знали под именем Вайт Алекс. Я был одним из благороднейших рыцарей смерти Морактара, главой могущественной и уважаемой гильдии. У меня было всё: почёт, слава, богатство. Любой другой на моём месте упивался бы таким положением. Но только не я... Пребывая в бесконечных походах, я дивился великой несправедливости: почему тень всегда уступает свету!? Чувство вселенской несправедливости отравило всё моё сознание. Я бросил воинскую службу, отрёкся от друзей, родины, богатств и пустился в бесплодные путешествия...
