– Чёртовы машины! – прошипел Дамп, сжимая кулаки. – Их надо остановить! Они не смеют оспаривать мои решения, мои планы на будущее! Надо взять их под контроль, пока они не взяли под контроль меня! Я – главный; так устроен Эдем. Я не потерплю, чтобы машины лезли не в своё дело или пытались помогать «народу» обрести «свободу». – Последние три слова он произнёс с нескрываемым презрением. Потом обернулся к Джорджу. – Ну что, парень, – сказал он угрожающе, – что прикажешь с вами делать?
– Ну, например, вы могли бы… – Джордж сделал вид, что призадумался. – Могли бы, например, отправить нас в космос. И избавиться от нас раз и навсегда!
По залу пробежал удивлённый гул.
– Понятия не имею, о чём ты, – небрежно бросил Дамп. Но Джордж понял, что попал в точку, – и рискнул пойти дальше:
– Я знаю, что вы запускаете в космос корабли. Вы там что-то построили. Что это – космическая станция?
Джордж внезапно вспомнил человека, из-за которого он и ввязался в свою космическую авантюру, – Алиота Мерака, безумца, пытавшегося править Землёй из космического корабля-спутника. Ну конечно! Дамп наверняка задумал то же!
– Эта башня для вас недостаточно высока! Вы хотите возвышаться над всеми и править всем миром – из космоса! И угрожать оттуда ракетами любому, кто посмеет вас ослушаться здесь, на Земле!
– Ну, допустим, ты угадал – и что? – осклабился Дамп. – Уж не хочешь ли ты мне помешать? – Он зловеще хохотнул. – С этой планетой покончено. Лузеры несчастные!
– Тогда почему вы всё ещё здесь? – неожиданно спросил Аттикус, к которому вернулся дар речи. – Если вы ненавидите эту планету и человечество, почему бы вам просто-напросто не улететь?
Джордж чуть было не рассмеялся вслух.
– А он не может! Я видел, – обратился он к Дампу, – как искусственный интеллект обыграл вас в шахматы! И вы проигрываете не только в шахматах! Вы проигрываете во всём!
– Я сказал, заткнись! – Дамп снова нацелил на него палец.
– Ваше высочайшее величество, – рискнул вмешаться Бешеный Пёс, явно мечтавший поскорее покинуть это сборище, – но что же будет дальше?
В зале стало очень тихо.
Но Дамп – казалось бы, загнанный в угол и вынужденный оправдываться – нежданно-негаданно избрал другую стратегию. Он расправил плечи, выпятил грудь и небрежно, по-приятельски приобнял Джорджа за плечи.
– Ну что же, – сказал он, подводя его к окну. За окном открывался вид на весь Эдемополис; внизу между небоскрёбами колыхалась толпа. Дальше с одной стороны от города протянулась безлюдная пустыня, с другой морские волны нахлёстывали на укрепления. – Предлагаю заключить сделку.
В крошечной лодочке – бурные волны играли ею, словно бумажным корабликом, – у Джорджа было достаточно времени подумать о том, что с ним произошло. Холодная тёмная вода набегала на нос лодки, а он всё думал и пытался понять. Всё было так сложно и запутано. И ещё очень холодно. В ночном небе алмазами сияли звёзды. Это было так прекрасно и величественно, что все башни, стены и ракеты Треллиса Дампа не шли ни в какое сравнение.
Лодка мчала по тёмному недружелюбному морю.
…Сделка, которую предложил ему Треллис Дамп, на самом деле сделкой не была. Джорджу было велено в одиночку пересечь пролив, добраться до Альбы и провести переговоры с тамошней правительницей, загадочной личностью, которую Дамп называл не иначе как «она». Джордж должен привезти «её» в Эдем – и она должна согласиться помочь Дампу обуздать искусственный интеллект, чтобы чересчур умные машины не могли помешать ему править миром из космоса.
– А что я получу взамен? – дерзко спросил Джордж.
Дамп, стоя рядом с ним у окна Великой Башни, смотрел вниз, на Эдемополис. Здания близ башни были тоже очень высокими – небоскрёбы с зеркальными окнами, со стенами, зелёными от вьющихся растений, которые непрерывно получали влагу из облаков. А одно здание, пусть не такое высокое, как небоскрёбы, имело форму кольца, ярко блестевшего на солнце.
Но чем дальше от Башни, тем старее, обшарпаннее и непригляднее становились домá, а на окраинах они и вовсе расползались в трущобы. Отсюда было хорошо видно, что от великолепных, призванных поражать воображение Врат Процветания, через которые Джордж и Аттикус вошли в город, дорога ведёт прямиком на центральную площадь, к Великой Башне Дампа. Береговая полоса вдали щетинилась укреплениями. Море было синим-синим, с белыми барашками волн, но на горизонте Джордж разглядел зелёную полоску. «Альба! – подумал он. – Так близко и в то же время так далеко…»
Дамп усмехнулся.
– Ты получишь всё, – сказал он. – И ничего. Если ты сделаешь как я велю, если у тебя всё получится, если она вернётся в Эдем, и перепрограммирует машины, и они будут повиноваться мне – и только мне! – то все останутся в живых. Если ты ослушаешься – все умрут.
– Что-о? – отшатнулся Джордж. – Но…
– Ты меня услышал, мальчик, – сказал Дамп уже без всякого намёка на улыбку. – И когда я говорю «все» – это значит все.
