Став старше и умнее, я поняла, что правильный ответ на этот вопрос звучит так: «Ничего, я сама справлюсь». Я бегала к Умберто не затем, чтобы он проучил Дженис, хотя это было бы неплохо, а потому, что он не боялся по-своему заверить меня, что я лучше ее и заслуживаю от жизни большего. Подразумевалось, что добиваться этого я должна сама. Жаль только, что он ни разу не сказал мне как.
Всю жизнь я бегала, поджав хвост в поисках шанса, которые Дженис не сможет перехватить или испортить, но где бы я ни закапывала мои сокровища, она всегда разнюхивала заначки и умела изгадить все так, что оставалось только выбросить. Если я берегла новые шелковые балетки для гала-концерта, то, открыв коробку, обнаруживала, что сестрица уже их надевала, оставив завязки запутанными, а однажды, когда я принесла домой коллаж фигуристов, над которым трудилась в школе несколько недель, сестрица тут же приклеила сверху картонного Биг-Берда из «Улицы Сезам».
Не важно, как далеко я уходила или сколько тухлятины разбрасывала, чтобы сбить погоню со следа, младшая сестра вечно прибегала за мной с высунутым языком и скакала вокруг с игривым лукавством, оставляя свой еще горячий «номер два» на моем пути.
На верхней площадке башни Манджия все вспомнилось мне разом - все бесчисленные причины ненавидеть Дженис, словно кто-то запустил слайд-шоу плохих воспоминаний в моей голове, и меня впервые в жизни затрясло от бешенства.
- Сюрприз! - сказала сестрица, уронив кожаный костюм и шлем и разводя руки, как актриса на поклоне.
- Какого черта ты здесь делаешь? - прошипела я срывающимся голосом. - Так это ты разъезжала за мной на этом дурацком мотоцикле? И письмо… - Я выхватила записку из сумочки, смяла в комок и швырнула в нее. - За идиотку меня принимаешь?
Дженис с ухмылкой упивалась моей яростью.
- Но ты же приперлась на эту башню! Ой! - Она скорчила гримасу фальшивого сочувствия, которую усвоила с пяти лет. - Я угадала? Ты правда думала, что я Ромео?
- Так, - сказала я, стараясь оборвать ее смех. - Пошутила, и хватит. Не зря прилетела, значит. А теперь прошу меня извинить. Чем с тобой оставаться, лучше сунуть голову в биде.
Я сделала шаг, чтобы обойти ее и спуститься вниз по лестнице, но Дженис живо загородила дверь.
- Ну, нет, - прошипела она. Гримаса сочувствия превратилась в злобную мину. - Сначала отдай мне мою долю!
Я вытаращила глаза:
- Что-что?
- То-то, - сказала она. Ее глаза подозрительно заблестели. Не знай я сестрицу, решила бы, что она для разнообразия прикидывается потерпевшей стороной. - Я без гроша. Банкрот я.
- Ну, так позвони по «горячей линии» помощи миллионерам, - съязвила я, невольно копируя сестрицу. - Ты же вроде недавно унаследовала состояние от человека, которого мы оба хорошо знали?
- Ха-ха! - Дженис криво улыбнулась. - Золотые горы от тетушки Роуз с ее триллионами!
- Вот и не скули, - огрызнулась я. - Насколько я помню, ты сорвала джекпот. Если тебе мало, обращайся к кому побогаче. - Я двинулась к лестнице, не собираясь отступать. - Отошла. С. Моей. Дороги, - чеканя каждое слово, сказала я, и - поразительно! - Дженис подчинилась.
- Гляньте на нее! - с издевкой бросила она, когда я прошла мимо. Не знай я мою сестрицу, приняла бы выражение ее глаз за зависть. - Принцесса в изгнании!
Я побежала вниз по лестнице, не утруждая себя ответом. Было слышно, как Дженис торопливо подобрала свои причиндалы и поскакала за мной. Всю винтовую лестницу она бежала сзади, крича сперва сердито, потом огорченно, а у подножия башни в ее голосе прорезались такие непривычные нотки, как отчаяние.
- Подожди! - вопила она, используя мотоциклетный шлем в качестве буфера, когда налетала на кирпичную стену. - Нам надо поговорить! Остановись! Джулс! Я серьезно!
Но я не собиралась останавливаться. Если у Дженис действительно было что сказать, почему она сразу не раскололась? Для чего эти выкрутасы на байке и красные чернила? Для чего сейчас было тратить добрых пять минут на кривлянье? Если, как проговорила сестрица в своем куцем монологе, она уже умудрилась промотать наследство, я вполне могу понять ее настроение, но это, черт побери, не мои проблемы!
Спустившись, я решительным шагом пересекла Кампо, оставив Дженис морочить голову себе самой. «Дукати монстр» стоял перед палаццо Публико, как лимузин у Киноакадемии на церемонии вручения «Оскара», и трое крепких полицейских в темных очках нетерпеливо поджидали крупно попавшего байкера.
Эспрессо- бар Малены был единственным местом, где Дженис меня не сразу найдет, рассудила я. Если вернуться в гостиницу, уже через несколько минут под балконом послышится рев мотоцикла, описывающего восьмерки у фонаря.
Поэтому я буквально бегом побежала по пьяцца Постьерла, оборачиваясь каждые десять шагов, чтобы убедиться в отсутствии мотопогони. Горло все еще стискивал гнев. Когда я ворвалась в бар, с грохотом хлопнув дверью, Малена встретила меня громким смехом:
- Dio mio, что с тобой? Ты как будто выпила слишком много кофе!
