— Так как у нас фильм про птичий двор, позволю себе рассказать вполне птичий анекдот. Выходит утром мужик во двор, чтобы покормить живность. И видит, как петух топчет курицу. Но, заметив еду, соскочил с курицы и начал клевать зерно. На что мужик, покачав головой, говорит: «Не дай мне бог так оголодать!»
И Володя, не дав отсмеяться оркестрантам, добавил: «Начинаем с первой цифры!»
Зазвучали первые такты. Мы записывали номер за номером. Перед каждым номером я обращался к оркестру, рассказывая музыкантам о том, что будет происходить в фильме под эту музыку. Я добивался того, чтобы они играли не столько ноты, а судьбу.
Когда инспектор оркестра, по закону профсоюзов, попросил Спивакова сделать перерыв, Володя обратился ко мне:
— Гаррик, зайди.
Я зашел. И Володя, такой уверенный и победительный, вдруг говорит:
— Ты скажи, только честно, тебе все нравится? Если что, мы можем переписать!
Вы помните? Именно так говорил Юлий Ким.
Они для меня — живые примеры служения своему делу. Только так, бескомпромиссно стремиться к гармонии, к совершенству. Не щадя себя, добиваться высокого результата, забыв о старых своих заслугах.
Каждый раз, как с чистого листа! Этот абзац я написал для молодых, только вступающих в мир, который называется «творчество». Учитесь, ребята!
Уложились в один день
Запись продолжили после перерыва. Оркестр был в хорошей форме. Владимир Спиваков решил все записать за один день. Так и произошло.
Записывается последний номер. Кода всего фильма. Самая эмоциональная. Напомню тем, кто видел фильм.
Я ввел в сюжет не объемный, а плоский персонаж — душу Гадкого утенка. Душа на протяжении всего фильма страдала от обид, пыталась быть понятой окружающими, но без толку. И вот в финале душа побуждает Гадкого утенка, уже превратившегося в лебедя, взлететь и примкнуть к клину улетающих в теплые края лебедей.
Главный герой противится, однако под барабанную дробь душа соединяется с нерешительным лебедем, и он взмывает вверх.
В этом месте я при просмотре фильма всегда проливаю слезы, несмотря на то, что сам все и придумал. Наверно, это старческая сентиментальность.
Так вот, после записи последнего номера я в микрофон благодарю оркестр, Владимира Спивакова и собираюсь прощаться. И тут он меня останавливает:
— Гарри, еще осталось время, поэтому мы перезапишем первый номер.
— Почему, Володя?
— Можно лучше.
Вы представляете себе, что дирижер целый день записывает музыку, а в голове его занозой сидит одна мысль: можно лучше!
И они записали первый номер действительно лучше.
Я снова порываюсь поблагодарить всех и попрощаться.
И снова меня тормозит маэстро:
— Надо переписать!
— Почему?
— У нас виолончелист случайно ударил смычком по инструменту.
— Ну и что?
— Как что? Что ты будешь делать? Там в фонограмме будет стук.
— Успокойся, Володя. У меня на этот стук муравей упадет на землю. Это же мультипликация. Здесь все возможно.
Я так и сделал. В фильме упавший муравей исправил косяк виолончелиста.
Я благодарил тогда и благодарю сейчас моего друга Володю Спивакова и его замечательных музыкантов за высокий уровень записи.
А тогда я пожимал, прощаясь, руки музыкантам. Один из них, уходя, сказал мне:
— Вы знаете, Гарри Яковлевич, мы столько раз играли эту херню, но никогда — ТАК!
Актер Владимир Спиваков
После записи музыки Володя обратился ко мне со странным вопросом:
— Гаррик, а можно мне у тебя озвучить кого-нибудь доброго?
— Добрых не осталось. Есть петух.
— Недобрый?
— Недобрый.
— Ну ладно, давай петуха!
— Володя! Это будет нескоро.
— Я подожду.
Долго ждать он не смог. Позвонил мне через неделю с жуткой обидой.
— Что такое? Что случилось?
— Я сегодня вылетал из «Шереметьево». И по дороге увидел растяжку: «Гадкий я». Ты что, без меня уже озвучил и снял фильм?
— Успокойся, Володя! Это совершенно другая картина.
Прошло время. Я узнаю, что решением ЮНЕСКО Владимиру Спивакову присвоено звание «Артист мира».
Звоню в Париж, где происходит торжественная церемония награждения. Слышу шум публики и звон бокалов.
— Володя! Я тебя поздравляю!
— Спасибо, дорогой! Но ты скажи мне главное.
Я не понимаю, что может быть главнее происходящего с ним в ту минуту.
— Что, Володя?
— Я буду озвучивать петуха?
Хорошо, рядом были французы, не понимавшие, что же главное в этот момент для Артиста мира.
Я внутренне собрался, чтобы не рассмеяться, и очень серьезно ответил:
— Знаешь, Володя, у меня были сомнения на этот счет, но теперь, когда ты стал Артистом мира, ты достоин озвучить петуха!
— Спасибо, дорогой! — очень серьезно ответил мне Владимир Спиваков.
И вскоре он озвучил петуха. И это было здорово!
А альтистка его оркестра Светлана Степченко очень трогательно озвучила главного героя — Гадкого утенка.
После озвучивания Владимир Спиваков предложил мне сделать премьеру фильма в Доме музыки.
— Каким образом? У тебя здесь ничего для этого не приспособлено!
На что он мне невозмутимо ответил:
— Пацан сказал, пацан сделал.
И сделал!