— Тилл Никто.
— А, ну другие ко мне и не ходят, — парень явно издевался. И улыбка у него мерзкая, почему-то с одной стороны у него два клыка выросло, и так это неприятно выглядит, что Маркус аж поежился. — Проходите, тилл Никто. Гостем будете.
Маркус и прошел. Выбора-то не было.
На что похож двор и дом некроманта?
Да ни на что! Ни зомби тебе у порога, ни черепа на заборе, ни костей на полу. Самый обычный домик холостяка, самый обычный садик, в котором даже сорняк растет печально и нехотя.
Уселся тилл Рамос за стол, руки перед собой сложил, посмотрел наивными глазами.
— Ну и чего вам надо, тилл Никто?
Маркус ненадолго замялся. А потом рукой махнул. Ладно уж, пришел сам, чего теперь ломаться?
— Вот.
И выложил на стол сверток из носового платка.
Тилл Рамос повел над ним рукой, не прикасаясь. И вот тут-то впервые сползла с него маска дурачка.
— Кость. Фаланга указательного пальца, мужчина, лет сорок, мертв уже лет двадцать.
— Да.
— И?
— Мне нужно по этой кости найти здравствующего родственника. Самого близкого.
— Это реально.
— Но?
Тон у некроманта был такой, что стало ясно, без оговорок не обойдется.
— Чуточку противозаконно.
— Пусть так. Значит, это просто будет дороже. Я правильно понимаю?
— Почти, почти… — Маркус сдвинул брови, но некромант уже отбросил свою дурашливость и заговорил жестко. — Сделать поиск я могу. Но чем дальше клиент, тем менее четким будет место.
Маркус покривился.
— Другой мир? Этот человек не на Рамире.
— Смогу только дать координаты мира. Дальше вам уже к портальщику, тилл Никто.
— А в другом мире я буду искать невесть кого и где?
Некромант пожал плечами.
— Магия тоже имеет свои пределы. Вам мало?
— Мало.
— Зачем вы собираетесь искать этого человека?
Маркус скривился.
— Эммм…
— Убить?
— Ну…
— Тилл Никто, хватит жаться, как девка на сеновале. Считайте, что вы на приеме у лекаря. Не расскажете честно — не получите помощь. Хватит тратить мое время на глупости!
Вот теперь некромант был настоящим. Таким настоящим, что Маркус едва не описался от страха.
Да-да…
Вроде и не изменилось ничего, и лицо не поменялось, и глаза, и волосы некромант не приглаживал. Но такая волна холода от него пошла, такой леденящий душу, ужас, что Маркус икнул, и непроизвольно поднял к горлу руку. Хоть так защититься.
Показалось на миг, что к шее его примериваются чудовищные черные челюсти.
Некромант кивнул.
— Значит, убить. Не буду спрашивать, чем он вам насолил. Но предлагаю кое-что другое. Я могу наслать на него… ну, не порчу, но нечто подобное. По кости родственника. Если у вашего… потеряшки будут проблемы, они скорее всего, приведут его к смерти.
— Хммммм…
Идея была интересной. Но…?
— Скорее всего?
— Те же оговорки, что и с поиском. Это другой мир… кстати — вы уверены?
— Да.
— Другой мир, неизвестно где, как далеко, какова там насыщенность лей-силы. Никаких гарантий не дам. Здесь, на Рамире, после такого проклятья, человек может сломать голову на ровном месте. Там… может сломать. Но может и выжить.
Маркус вздохнул.
— Ладно. Давайте я еще подумаю?
— Не стесняйтесь, думайте, сколько вам заблагорассудится, — вальяжно разрешил некромант. — И реквизит ваш заберите.
Маркус взял кость и сунул ее в карман.
М-да.
Или ему находят мир, или…
— Скажите, а если я еще принесу останки? Можно будет указать место точнее?
— Да хоть весь скелет. Не поможет.
Маркус вежливо попрощался, оставил гонорар за консультацию на столе, и ушел.
Обидно.
Просто — обидно. Такие планы! И все — напрасно! Самое обидное… Евгения найти было бы несложно! Он заметный и яркий, такой нигде не потеряется. Но ведьма даже не знает, в какое животное он превратился. Не успела как следует разглядеть. Что-то некрупное и с мехом, точно.
И кого искать?
Кошечку? Собачку? Хомячка?
Маркус подозревал, что искать он будет долго и безуспешно. Может, и правда, заказать порчу, и пусть кто-то свернет Эжену шею?
Опять же, придется ждать родов!
Есть ли в мире справедливость? Маркус подозревал, что он ее не дождется.
Что такое тихий семейный вечер?
Это когда сонно бубнит телевизор, показывая хорошую советскую комедию. Когда вкусно пахнет пирожными, которые Соня наделала в микроволновке, когда Марта и Еня наперебой таскают их, и скачут по дивану.
Причем, то Марта отбирает безе у Ени, то он у Марты. Но не ссорятся.
Она верещит, енот верещит, и оба счастливы по уши. Правда, и перемазаны по те самые уши, но это ладно. Можно их потом будет в одну ванну запихнуть! Вот ведь, раньше Марта верещала и купаться не любила, а сейчас она усердно моет енота, а енот моет малышку. И опять — оба счастливы.
Звонок в дверь в этом вечере вот совершенно лишний.
Евгений насторожился. Поднял уши, принюхался — и принялся на глазах распушаться в меховой шар.
С-сеня!
Мало тебе было, гаду?
Хорошо же, добавим!
Соня посмотрела на очень злого енота, на дверь…
— Семен?
Евгений злобно застрекотал. Эх, ему бы на пять минут остаться наедине с этим типом! Он бы его!
Соня подумала еще немного, а потом решительно прибавила громкость телевизора.
— Мартышка, пять минут и пошли купаться!
А что?
