Я направилась обратно к выходу из переулка, намереваясь обойти здание в поисках другого входа. Он нашелся быстро — громадная дыра в разрушенной стене, под которой раскрошилась груда кирпичей и цемента. Внутри стоял затхлый прелый запах мочи, режущий глаза и царапающий в горле и носу. Слабое холодное свечение внутрь не проникало, можно было различить лишь квадраты грязного стекла в противоположной стене. Я прислушалась, но кроме собственного гулкого сердцебиения в висках, ничего не различила. А потому выудила фонарик и включила, зажимая в кулаке и рукавом той же руки прикрывая нос.
Узкий желтоватый луч света выхватил из темноты груды мусора и разломанную старую мебель. А затем скользнул вверх и упал на стену. Она отличалась от других. Выглядела заметно новее, на ней не было старых выцветших рисунков и надписей. Она была выложена разномастным кирпичом, а не одинаково красным.
Ее здесь возвели недавно, одновременно с установкой двери. В этом сомнений не было. Часть склада — добрую его половину — надежно изолировали. Вопрос в том: для чего? Что могут хранить — скрывать — за замком изгои? Или это не их склад? Бесстрашных? Что может наша фракция хранить за пределами своей территории? И причем тут Тимоти? И втянуты ли в это брат и Рут? И если это так, то почему мои худшие страхи сбываются так стремительно?
Я опустила руку, устремила свет фонарика в свои ботинки и наклонила голову вперед, с силой упираясь носом в рукав и закрывая глаза. Надо успокоиться. Что бы там ни было за стеной и дверями с замком, мне нужно узнать, кому оно принадлежит, почему здесь находится и чем является прежде, чем делать прочие скоропалительные выводы.
Вот только как мне узнать о содержимом закрытого склада? Я не могу спросить у Тимоти. И у Рут или Кинана, если они тоже — по собственной инициативе или против своей воли — к этому причастны. Не могу спросить у Финли, потому что совершенно ему не доверяю. И не могу обратиться с таким вопросом к Эрику. Потому что он внезапно для меня самой оказался в списке подозреваемых первым. Самый сложный человек в целом Чикаго, замкнутый, недобрый, пугающий. И несколько раз бесследно и надолго исчезал из фракции.
— Стоп! — Прошептала я в пустоту.
Для начала нужно узнать, что там внутри.
========== Глава 16. Слежка. ==========
Чем дольше я думала о запертом хранилище в разрушенном здании, тем больше оно меня беспокоило. И тем тщательнее я пыталась убедить себя в том, что сначала нужно узнать, кто и что хранит в том складе, и лишь затем задаваться вопросом, могут ли быть в это втянуты мои друзья.
Во время завтрака в полупустой столовой внезапно возникла подсказка. Я ввинчивалась взглядом в узкую сутулую спину Тимоти, бесцельно перемешивая в тарелке неаппетитный завтрак, когда невысокий мужчина с залысиной и короткими вьющимися волосами миновал прочие свободные места — целые столы — и сел напротив Тима. В полупустой столовой это выглядело очевидно намеренным действием, что и настораживало.
Бывший некогда Дружелюбным Тимоти теперь предпочитал избегать друзей и знакомых и не заводить новых. Лысоватый коротыш не был среди новичков, не являлся одним из инструкторов, и в патрульном отряде Тима я его не видела. Это был совершенно новый человек, и его появление рядом с Тимоти, выбравшим одинокое молчаливое существование, было необычным.
Отставив поднос с почти нетронутой едой, и коротко попрощавшись с друзьями, я направилась к выходу. В узком коридоре, ведущем из столовой, я намеревалась подождать собеседника Тимоти и проследить за ним. Этот мужчина казался тем, кто может знать, кому принадлежит ключ от хранилища на территории изгоев.
Он не заставил себя долго ждать, что подтвердило мои подозрения. К Тиму он присоединился без подноса, пришел в столовую не ради завтрака. Возможно — вероятно — ради короткого разговора с Тимоти. И, сказав или услышав всё необходимое, он поторопился уйти.
Шагал он быстро и порывисто, нигде не задерживаясь и ни с кем не заговаривая. Лишь коротко кивал на знак приветствия и спешил дальше. Шел он по людным коридорам, так что мне не приходилось прятаться, моё преследование не бросалось в глаза. Он не сворачивал в незнакомые темные углы, не отклонялся от хорошо знакомого мне — и выгодно популярного — маршрута. Обогнув Яму, он миновал несколько тренажерных залов и свернул к оружейному складу.
— Заблудилась?
Я обернулась на голос. Эрик стоял в углу, упершись плечом в стену и склонив голову на сторону. Руки отведены за спину. На короткое мгновенье полумрак коридора сменился яркой вспышкой воспоминания. Дежавю.
Словно исчезли эти три месяца, как и не было. Будто еще не пришел день Церемонии Выбора, и я не в черной форме Бесстрашия, а в синем — классика Эрудиции — платье брожу по околицам Чикаго.
— Что разведке понадобилось на территории патрульных?
Знакомо заиграли под располосованной черным кожей мышцы, и Эрик поставил голову прямо, оттолкнувшись от стены. Всё было очень похоже и кардинально иначе.
