Их обречённые взгляды устремлялись к гордым архимагам и видели на их лицах только растерянность. Никакой приказ более не мог спасти святых магов от готовящейся для них участи. Каждому из них, не сумевшему вырваться из лап стремительно атакующих врагов, предстояла мучительная смерть. Сердце застучало, но бои продолжались, будь то во вражеском окружении, будь то в обороне своих, пока ещё державшихся, боевых порядках. Кто-то сразу трусливо сдавался и тогда его практически безболезненно протыкали кинжалом, заставляя закрыть глаза на веки вечные.
Магическая атака вот-вот разорвёт этот приятный лёгкий воздух… Голубое небо стремительно заволакивала пыль да грязь, поднявшаяся вверх после ожесточённых жестоких боёв. Вальтер скрестил с Либертом свой взволнованный взгляд. Бледный архимаг, судя по всему, наконец вступал в мировую игру.
Мана заискрила вокруг его бледного мрачного тела в виде золотого яркого тайфуна. Архимаг выпустил магию, тут же начиная ювелирно перебирать её, воплощать в зримую и убийственную оболочку. Святые маги опоздали. Первый магический ход всё же будет за предателями!
Мана собиралась вокруг его распахнутых бледных ладоней, озаряя самого архимага и всех остальных солдат вокруг него неистовым, слепящим светом. Неописуемо огромная сфера всё увеличивалась и увеличивалась в размерах, угрожающе нависнув и над самим Либертом, и над его войском, поглощая краски неба и топя всё божественным рыже-белым светом на множество километров окрест.
— Вот тварь! — успел среагировать Дамир, выкидывая вперёд руки да выплёскивая вязкую чёрную жидкость, в ошеломительном полёте превращающуюся в прочный полукруглый мерцающий щит, мчащийся к огромной божественной сфере, сейчас затопившей в своём свете всё и вся — лица, очертания людей, фигуры гордых архимагов, жаркое пылающее солнце, даже огромных размеров прочную стену из тёмной материи. На миг это всё казалось судным днём, последней минутой человечества, финальной сценой в жизни каждого человека…
Плотная искрящаяся сфера, трещащая и пышущая неистовой внутренней магической энергией, взмыла ввысь, огроменным жарким солнцем готовясь рухнуть на головы лучших святых магов, пока ещё не успевших пойти в атаку на подходящего врага. Свет затопил округу ещё больше, ещё сильнее, волна жаркого воздуха рухнула вдоль бесконечно тянущихся воинских рядов, впилась в них, как зубочистки в дёсна. И шар приближался, становясь всё жарче, страшнее и громаднее.
Ему навстречу, практически невидимая во всём этом ярком свечении, подлетела крепкая чёрная стена, громко бухнувшаяся о жаркую сферу, на краткий миг останавливая ход убийственного заклинания.
Чёрный барьер начал плавиться, стекая на задравших головы святых магов, плавя их шлема, а кого-то и убивая своим уничтожительным жаром. Казалось, чёрная стена Дамира не сдавала своих позиций, всё держалась и держалась, с достоинством принимая неистовый натиск… Трещины поползли по всей площади громадного тёмного барьера, осколки посыпались вниз, сфера продолжила прерванное движение, до конца сминая магию Дамира и стирая её в мелкие-мелкие обломки, которые громким салютом разлетелись на фоне диковинного божественного сияния.
Катастрофа героически неслась к центру армии Церкви Господа под безразличным потухающим взором Либерта. Огромная сфера свистела, вопила, кричала о своей победе, плавно садясь на землю да накрывая своим бело-рыжим светом сразу несколько тысяч обречённых на смерть солдат, лучших боевых ребят Церкви Господа, которые являлись самым главным резервом, козырем Вальтера.
Ударная волна прокатилась по всему полю, вырвалась за его пределы и полетела много дальше, гром заложил уши, а яркая вспышка окончательно заменила собой все цвета, все объекты и фигуры, превратив всё на свете в сплошное божественное сияние, волнами расходящееся по всему Нижнему миру. Жар заживо уничтожал людей, расположенных ближе всего к эпицентру взрыва, заставляя их корчиться от ужасной боли. Войско Церкви Господа пострадало целиком, от первого и до последнего солдата…
— Либерт… Предательская бледная тварь, жалкая сука! — Верховный архимаг пытался перекричать громоподобный взрыв и разглядеть хоть что-то в этом вихрящемся божественном жарком свете, но в итоге просто ругался себе под нос, стараясь не рухнуть наземь от страшного стресса и бессилия. — Теперь то я точно покажу тебе нестоящую войну, предательская падаль. Ты поплатишься за это представление, тощий гнилой уродец.
