- Я понятия не имею, что мне теперь делать, - сказал Джон неуверенным голосом, сумев наконец посмотреть другу в глаза. – Что я вообще могу сделать? Прошло два месяца, а я всё ещё не знаю, как мне быть. А сейчас он где-то там рискует свернуть шею, и снова не предупредив меня. И мне остаётся лишь сидеть здесь и волноваться, надеяться, что его не убьют – на этот раз по-настоящему.
- Он вообще связывался с тобой?
- Я запретил ему, - пожал Джон плечами. – Он заставил меня поверить в свою смерть и не смог понять, почему я в бешенстве. Я всё ещё нахожусь в этом доме только потому, что Майкрофт уверил меня в опасности, нависшей над детьми. Иначе я давно бы отсюда съехал.
- Неужели ты вправду не хочешь, чтобы он вернулся к тебе? Когда всё будет позади, неужели ты сможешь жить прежней жизнью – без него? – на секунду инспектор представил, как детектив вернётся к своей прежней жизни без своего напарника, став таким, каким был до него. В мозгу нарисовались такие кошмарные картины, что он моментально прогнал такую возможность прочь. У них теперь есть дети. Вернее, у Шерлока есть дети, которых воспитывает Джон. Всё в Греге протестовало против мысли, что Шерлок Холмс будет воспитывать двоих детей один.
Лицо Джона исказилось до неузнаваемости, кулаки сжались.
- Нет, - вымолвил он через силу. – Я не смогу без него. И не хочу. Но я не знаю, как выдержать то, что он скрывает от меня такие важные вещи.
- Послушай, тебе просто необходимо быть с ним вместе, - сказал Грег. – Вы оба друг без друга никто. И не смотри на меня так, я говорю правду. Ты без него несчастен, а он несчастен без тебя. Теперь он вернулся, буквально вернулся из мёртвых, и если мы все переживём ближайшие два дня, то я повторю тебе то, что уже сказал ему: постарайся не упустить своё счастье, потому что не каждому даётся второй шанс.
Уотсон кивнул с мрачным видом.
- Ты знаешь, я едва не выстрелил в него. В тот миг, когда увидел. Подумал, что он пытается похитить детей. Затем я понял, кто передо мной, но желание стрелять не прошло. Чтобы он хотя бы немного почувствовал ту боль, которую мне довелось испытать.
- Джон, я уверен, что не смогу высидеть в одной комнате с Шерлоком Холмсом и десяти минут, чтобы не пожелать всадить в него пулю, а ты его супруг. Думаю, ты имеешь право время от времени мечтать пристрелить его. Но мысли и дела – не одно и то же. Ты никогда не нажмёшь на курок, потому что по каким-то необъяснимым причинам ты любишь этого заносчивого мерзавца.
Доктор засопел, и его гость позволил себе улыбнуться. Атмосфера немного разрядилась, и Грег снова взялся за журнал, удовлетворённый результатом этого неловкого разговора. Джон взял пульт и включил телевизор – как раз начинались десятичасовые новости. В комнате повисло молчание. Прошло примерно четверть часа, как телефон Джона завибрировал. Лестрейд увидел, как его друг неторопливо открыл входящее сообщение, и немедленно выпрямился при виде его застывшего лица.
- От Шерлока, - проговорил Джон, торопливо набирая ответ.
- Что он сказал? – обеспокоенно поинтересовался Грег. От расслабленности не осталось и следа, они почувствовали напряжение и угрозу.
- Только лишь… «я люблю тебя». И всё. Я спросил его, что происходит. Проклятье, Шерлок, ответь!
Оба сидели и с тревогой смотрели на телефон Джона. Грег сцепил руки, мысли его метались, он всей душой надеялся, что Шерлок не сотворит ничего необдуманного. Через десять минут стало очевидно, что ответа не будет. Уотсон, ходивший всё это время взад и вперёд около камина, в бешенстве швырнул телефон через всю комнату, осыпая своего супруга замысловатыми ругательствами. Лестрейд вздрогнул от звука телефона, врезавшегося в стену. Он выудил свой телефон и быстро набрал сообщение для Холмса-старшего.
Шерлок выходил на связь, но ничего существенного не сообщил. Что происходит? Пришлите столько подкрепления в Иствел, сколько сможете. Подозреваю, что дело плохо. – ГЛ
- Если что-то пойдёт не так, и Моран явится сюда, то имей в виду – я собираюсь его убить.
Грег собрался было ответить, но Джон прервал его коротким движением головы.
- Нет, ты не понимаешь. Первый же, кто войдёт в этот дом, кроме тебя, меня и членов семьи Шерлока, получит пулю в голову ещё до того, как успеет открыть рот. Я не собираюсь сидеть, развесив уши, – я намереваюсь убить его. На месте. До того, как он сможет нанести ещё больший вред моей семье. Ты меня не переубедишь. Я просто предупреждаю. Если захочешь после арестовать меня, то пожалуйста.
Лестрейд только закатил глаза и начал подворачивать рукава.
- Джон, убить Морана ты сможешь лишь при моём содействии.
Уотсон воззрился на него, быстро что-то про себя прикидывая, затем кивнул, и губы его растянулись в кровожадной улыбке.
- Если ты пойдёшь на это, то это будет не в первый раз, когда ты меня покрываешь, и боюсь, что не в последний.
Улыбка на лице Уотсона стала совершенно зловещей, но Лестрейд громко рассмеялся.
- Да ладно тебе, Джон. Я же инспектор по расследованию убийств! Шерлок не единственный, кто способен разобраться в уликах.
- Чёрт, ты всё время знал?
