Моран осел на пол; одна пуля вошла в голову, другая в сердце. Не верилось, что выматывающая погоня длиной в несколько месяцев закончится вот так просто и эффективно. Джон повернул голову и улыбнулся другу, но Грег не улыбнулся ему в ответ. Инспектор упал, прижимая руку к бедру, и у доктора внутри всё похолодело от ужаса.
- Этот ублюдок успел спустить курок, когда падал, - простонал Грег сквозь стиснутые зубы. Джон наклонился к нему и разорвал штанину. Пуля глубоко вошла в мышцу бедра, и было очевидно, что без хирургических инструментов извлечь её не удастся. Кровь толчками выходила из раны. Лестрейд шипел от боли.
- Задета чёртова артерия, - с проклятием произнёс Джон, быстро извлекая телефон из кармана и нажимая цифру два на быстром наборе.
- Майкрофт, - сказал он резко. – Грег ранен. Нет, в бедро. Его срочно нужно отвезти в больницу. Нет, у нас нет столько времени, отправьте хренов вертолёт, да что угодно, но чтобы нас доставили в больницу немедленно. И пришлите кого-нибудь, кто позаботится о теле Морана. Прямо сейчас. Пусть уберут его так быстро, как только возможно.
Он отшвырнул телефон на диван, оторвал от рубашки полоску ткани и быстро наложил давящую повязку выше места ранения.
- Всё будет хорошо, скоро будешь в больнице.
- Твою ж мать, больно-то как, - промычал Лестрейд.
- Чего ещё ждать от пули, - проговорил доктор в оцепенении. Одной рукой он проверял пульс на запястье Грега, другой, как мог, прижимал место ранения. Ему случалось видеть, как менее крепкие люди, чем инспектор Грегори Лестрейд, выживали в более тяжёлых случаях, но глубокое беспокойство, страх, чувство вины и адреналиновое возбуждение смешались в гремучую смесь эмоций, буквально оглушающую его.
Шум подлетающего вертолёта и запах крови, сочащейся между пальцами, отбросили Джона на три года в прошлое, в жару и песок, и он инстинктивно сощурил глаза, будто оберегая их от несуществующего ветра пустыни. Он так и ждал, что где-то позади вот-вот начнут рваться бомбы, и скрючился, чтобы попытаться уберечься от них, но рука Грега вцепилась в его запястье, прогоняя фантом.
- Отставить, Уотсон. Будь здесь, со мной, а не в этой трёклятой пустыне.
- Блядь. Я этого дерьма на жизнь вперёд нахлебался, - с жаром сказал Джон. Инспектор было засмеялся, но скривился и начал браниться. Костяшки пальцев побелели, когда он впился ногтями в запястье друга. – Прижми, - велел ему доктор. – Прижми так крепко, как только сможешь, я быстро. Я должен впустить бригаду скорой помощи и рассказать Селесте и Аннет, что здесь произошло. Ладно?
Лестрейд кивнул, Уотсон вскочил на ноги, бросился к французскому окну и распахнул его настежь. У владельцев замков и поместий есть определённое преимущество, подумалось Джону: полно места, где можно приземлиться вертолёту. Он криком подозвал высаживающуюся бригаду и указал им, где находится раненый, затем побежал в лабораторию, где Селеста и Аннет прятались вместе с детьми. У него было время лишь на торопливые объяснения, а затем он оторвался от сына и дочери, подавив желание схватить их в охапку, но всё же провёл осмотр перепачканными в крови руками, хотя было очевидно, что дети не могли пострадать, и бегом направился к вертолёту, в который уже грузили инспектора.
- Я лечу с вами, - сообщил Уотсон врачу; тот прищурился, но возражать не стал. Джон запрыгнул в вертолёт с лёгкостью опытного человека и устроился рядом с другом, который из последних сил старался не потерять сознание. Он остановил блуждающий взгляд на Джоне и спросил:
- А ты не собираешься остаться и дождаться Шерлока?
- Не у Шерлока сейчас пуля в бедре, - коротко ответил Уотсон. Ему и в голову не пришло покинуть Лестрейда сейчас. Слава небесам, у них с Шерлоком вся жизнь впереди, и будет время во всём разобраться. Сейчас его главной задачей было убедиться, что Грег проживёт достаточно, чтобы вволю понянчить их близнецов.
- Я уверен, Майкрофт и Селеста всё объяснят, если только он сам не вычислит. Я хочу лишь убедиться, что ты не умрёшь по дороге в больницу и что всё будет хорошо.
- Как скажете, доктор, - попытался пошутить Грег, и улыбка едва тронула его губы. – От винта.
Когда вертолёт, покачиваясь, оторвался от земли, Джон мрачно улыбнулся, закатал рукава и взялся за дело.
****************************************************
Лёжа на кровати в комнате, в которой прошло его детство, Шерлок чувствовал, как под ним разверзается бездна.
Он не мигая смотрел в потолок и ощущал, как тяжесть охватывает все его члены, всё тело, и сердце, и мозг, и как он падает в бездонную пропасть, хотя под ним была твёрдая кровать, но он мог лишь беспомощно, слепо и без попытки сопротивления падать, и падать, и падать.
