– Какое нам дело, как они на тебя смотрят? Это их проблемы.
– Значит, у них проблемы, а у тебя всё хорошо?
– Конечно. У меня всегда всё хорошо.
– А то, что ты попал на большую сумму денег? – Алёна остановилась перед ним, упёрла руку в бок.
А Барчук лишь пожал плечами.
– Я знал, на что иду, предлагая тебе работу. Знал, что придётся расторгать контракт, придётся раскошелиться. Но я также знаю, что это будет для меня гораздо выгоднее. Платить зарплату тебе, чем содержать половину штата их фирмы. Если, по факту, мне нужна одна ты, и это было понятно с самого начала.
Надо сказать, что слышать подобные признания было приятно. Алёна невольно хмыкнула, поглядывая на Михаила с благосклонностью. А его это рассмешило.
– Нравится, да?
– Конечно, нравится, – не стала она спорить. – Я ценный работник, это здорово.
Барчук неожиданно вздохнул.
– Вот если бы ты научилась борщ варить, стала бы самим совершенством.
Алёна лишь руками развела, а Михаила утешила.
– Так не бывает. Не может быть в одном человеке собрано столько достоинств сразу. Ты бы умер от счастья.
Он хмыкнул, скорчил расстроенную гримасу. А Алёна, уже направившаяся к выходу, остановилась, осенённая внезапной мыслью. К Барчуку обернулась.
– Миш, ты, вообще, никого в доме видеть не хочешь?
– Тебя хочу, – отозвался он на автомате, хотя уже не смотрел на Алёну, раскладывал перед собой какие-то бумаги и сосредотачиваясь на них.
– Спасибо, конечно, мне приятно, – с лёгкой иронией отозвалась она. Приблизилась к его столу и наклонилась к Барчуку. – У Вадима есть домработница, Варвара Павловна. Замечательная женщина. Спокойная, незаметная, а главное, прекрасно готовит. Мы с ней очень подружились за то время, что я жила с Вадимом.
Барчук всё же поднял голову и устремил на Алёну выразительный взгляд. Та под этим взглядом вздохнула.
– Я могу больше не упоминать его имени, если тебе так больше нравится. Я говорю тебе о Варваре Павловне. Я знаю, что у неё проблемы с жильём, и работа с проживанием её вполне бы устроила. Как ты смотришь на то, чтобы с ней познакомиться?
– Алёна, я не люблю чужих людей.
– А вкусно покушать ты любишь? Знаю, что любишь. А блины, омлет и один рецепт пасты, что я выучила в Милане – предел моих кулинарных способностей. К тому же, я уверена, что Варвара Павловна тебе понравится. А я не буду переживать из-за того, что оставила её Зое на съедение.
Барчук выразительно шмыгнул носом. Всем своим видом показывал, что знакомиться ни с кем желанием не горит, но, в конце концов, кивнул.
– Хорошо. Давай познакомимся с Варварой Павловной. Чёрт, я сломаю себе язык.
Алёна улыбнулась ему.
– Ничего, привыкнешь.
Выходя из кабинета Барчука, чувствовала, что настроение заметно поднялось. Что ж, счёт 2:0 в её пользу. Вадим пока проигрывает.
Но больше она у него ничего забирать не собирается, честно. И мстить не будет. Интуиция подсказывает, что жизнь сделает это за неё.
А так же знала, что придёт день, когда подробности её личной жизни в последние недели станут всем известны. Правда, они с Мишей ничего особо не скрывали, и ни от кого не прятались. Просто Барчук вёл жизнь полу-отшельника. Каждое утро он появлялся на работе, надев костюм и взяв в руки смартфон, и на самом деле становился похож на прогрессивного, современного человека, бизнесмена. Но стоило рабочим планам на этот день закончиться, как он садился в машину, и отчаливал в свою другую жизнь, в которую редко кого допускал. Сам называл себя отшельником, хотя, Алёна про себя всегда усмехалась, раздумывая о том, как легко быть отшельником и одиночкой, живя в таком доме, в такой красоте вокруг.
Михаил порой любил помолчать, или поработать в тишине. Уходил в себя, в свои мысли, и Алёна уже знала, что в такие моменты ему мешать не стоит. Лучше дать ему побыть одному. В первые дни, что она провела с Барчуком в его доме, он предупреждал её о своих, порой странных, как могло показаться, пристрастиях, наверное, намекал, что у неё могут появиться претензии к нему, что ей может стать невыносимо скучно, но, как ни странно, Алёна всегда находила, чем себя занять. И уж точно не скучала. Ей нравилась тишина, покой, нравилось посидеть на берегу реки или на маленькой пристани с книжкой, болтая ногами в прохладной воде. Нравилось лежать на траве и думать. В том числе, о своей жизни. И во время одного из таких раздумий, приятных пауз в бурном течении её жизни, Алёна вдруг осознала, что за всю жизнь не знала такого покоя. Ей всегда нужно было куда-то бежать, что-то делать, за что-то бороться. Среди толпы людей, ритмичного образа жизни больших городов. Стараясь не запутаться в своих словах, речах и обещаниях. За много-много лет, наверное, ещё с юности, у неё не выдавалось такого момента, чтобы просто остановиться, или выйти босыми ногами на траву, откинуть все тревоги и просто подумать о своей жизни. О том, что она с ней делает. И сейчас было непривычно, а порой и страшно становилось от всех этих мыслей, и хотелось удержаться на плаву, найти тот берег, к которому захочется пристать.
