А может, причина заключается в том, что психическое заболевание можно скрыть. Ели бы Майя могла скрыть от всех переломанные ноги и при этом сохранить способность передвигаться, не исключено, что именно так она и поступила бы. Кто знает? Сейчас ей нужно покончить со всем этим, а уж потом беспокоиться о лечении. Ответы на ее вопросы маячили где-то мучительно близко. Пока она не докопается до истины и не накажет виновного, всем грозит опасность.
С переломанными ногами она, возможно, не смогла бы этого сделать. А вот с ПТСР очень даже сможет.
Майя взглянула на часы. До назначенного времени оставалось еще пять минут. Она пыталась занять себя чтением журналов, но смысл слов ускользал от нее. Тогда она переключилась на телефон и принялась играть в какую-то дурацкую игру, где нужно составлять слова из четырех букв, но все равно поминутно отвлекалась. Сунув телефон обратно в сумку, Майя переместилась поближе к двери. Прижиматься к ней ухом и подслушивать, что происходит в кабинете, она, разумеется, не стала, однако же с того места, где стояла, могла различить два негромко переговаривающихся женских голоса. Время тянулось невыносимо медленно, но в конце концов она услышала, как внутренняя дверь открылась. Судя по всему, пациентка собралась уходить.
Майя поспешила плюхнуться на свое место, схватила первый попавшийся журнал и положила ногу на ногу. «А я тут ни при чем». Дверь кабинета распахнулась, и на пороге показалась улыбчивая женщина лет шестидесяти, хорошо, впрочем, сохранившаяся для своих лет.
– Майя Штерн?
– Да.
– Проходите, пожалуйста.
Значит, секретарь у них все-таки есть, подумала Майя, просто сидит прямо в кабинете у врача. Майя двинулась следом за женщиной, решив, что Джудит ждет ее за столом или в кресле рядом с кушеткой, или что там полагалось иметь психиатрам в своем кабинете. Но Джудит за дверью не оказалось. Майя обернулась к секретарю. Та протянула ей руку:
– Меня зовут Мэри.
И тут до Майи дошло. Она бросила взгляд на дипломы, висящие на стене.
– Мэри Маклеод?
– Совершенно верно. Я коллега Джудит. Она считает, что мы с вами могли бы кое о чем поговорить.
Судя по дипломам, обе учились в медицинской школе в Стэнфорде. Майя заметила диплом бакалавра, выданный в Университете Южной Калифорнии на имя Джудит. Мэри окончила бакалавриат в престижном Университете Райса, а резидентуру проходила в Лос-Анджелесе.
– Где Джудит?
– Я не знаю. Мы обе работаем здесь на полставки и делим с ней этот офис.
Майя даже не потрудилась скрыть раздражение:
– Да, я видела ваше имя на двери кабинета.
– Почему бы вам не присесть ненадолго, Майя?
– Почему бы вам не пойти к черту, Мэри?
Если грубость Майи и задела Мэри Маклеод, та ничем этого не выдала внешне.
– Мне кажется, я могу вам помочь.
– Если хотите мне помочь, скажите, где Джудит.
– Я же вам уже сказала. Я этого не знаю.
– Тогда пока.
– Мой сын отслужил два срока. Один в Ираке, второй в Афганистане.
Майя против воли заколебалась.
– Джек скучает по тому времени. Это то, о чем никто не говорит вслух, так ведь? То, что он пережил, изменило его. Он ненавидел это. И тем не менее хотел бы вернуться назад. Отчасти из-за чувства вины, потому что он винит себя в том, что его друзья остались там. Отчасти из-за чего-то другого. Чего-то, в чем он не может признаться вслух.
– Мэри?
– Что?
– Вы все выдумали про сына-военного?
– Я никогда бы так не поступила.
– Еще как поступили бы. Вы та еще манипуляторша. Вы с Джудит заманили меня в этот офис. В этот кабинет. А теперь при помощи разнообразных ухищрений пытаетесь меня разговорить.
– Я ни слова не выдумала про своего сына. – Мэри Маклеод расправила плечи, прямая, точно струна.
– Может, и так, – проговорила Майя. – Но в любом случае и вам, и Джудит хорошо известно, что без доверия нормальных отношений с пациентом быть не может. А весь этот спектакль, который вы на пару устроили, чтобы заманить меня сюда, уничтожил это доверие на корню.
– Чушь собачья.
– Что именно?
– Что без доверия не может быть нормальных отношений с пациентом.
– Вы серьезно?
– Предположим, вы заметили у кого-то из ваших близких – к примеру, у вашей сестры, – все признаки рака…
– Так, давайте, пожалуйста, без этого.
– Почему? Майя, чего вы боитесь? Предположим, что этот рак можно вылечить, если вы заставите сестру пойти к врачу. Если вы с этим врачом договоритесь и придумаете способ заманить ее к нему…
– Это совсем другое.
– Нет, Майя. Нет. Это то же самое. Вы не понимаете, но это так. Вам нужна помощь, точно так же, как в нашем выдуманном случае с раком.
Пустая трата времени. Интересно, Мэри Маклеод участвовала в заговоре или же все сказанное ею было искренне – что значило, что Джудит обманула свою старую коллегу и использовала ее втемную.
– Мне нужно увидеть Джудит, – продолжала гнуть свое Майя.
– Мне очень жаль, Майя. В этом вопросе я ничем не могу вам помочь.
Но Майя уже направлялась к двери.
– Вы ни в каком вопросе ничем не можете мне помочь.
К черту все!
Майя набрала номер по пути к машине. Джудит ответила на втором гудке.
– Я слышала, вы с моей коллегой не нашли общего языка.
– Где вы, Джудит?
– В Фарнвуде.
