– Тебе пора отдохнуть. Отправляйся в Монако. В Ниццу. Или куда ты ездишь в подобных случаях?
– Я подам на развод!
Мужчина вдруг оборачивается, и я замечаю край его улыбки. Она еще холоднее голоса.
– Ты не успеешь.
– Ты что… ты мне угрожаешь?
Мужчина ничего не отвечает. А женщина отходит на несколько шагов назад. Тут они оба наконец замечают меня.
– Ваше Сиятельство, – Глист прочищает горло. – Я доставил Глеба Александровича, как вы и распорядились.
Что за порядки в этом доме? Что за дурацкие обращения? А вообще мне без разницы. Не важно. Я тут проездом, поэтому нет смысла разбираться.
Мужчина отправляет Глиста на выход кивком головы. Женщина сама спешит убраться подальше.
– Добро пожаловать, Глеб Александрович.
Мой отец. Я понимаю это, когда вижу его глаза. Они точно такого же цвета как мои. Я как будто смотрю в зеркало. Но это чувство быстро проходит.
Чужак он. Чужак. Нет у нас ничего общего.
– Теперь твоя жизнь станет сказкой, – обещает мужчина.
Да ну? Похоже, эта сказка не по моему нутру.
– Я должен проведать Тамару, – говорю. – Вечером. Скоро начнет темнеть, так что можно уже выезжать обратно в больницу.
Он выгибает бровь.
– Ты останешься здесь, Глеб.
– Нет, – мотаю головой. – Мне к Тамаре нужно.
– Что за странные желания? – хмурится. – Разве тебе не объяснили, кто я? Ты не понимаешь, куда попал?
– Ладно, – пожимаю плечами. – Ты мне никто. Без твоего разрешения справлюсь. Дорогу знаю.
Я разворачиваюсь и направляюсь на выход, но на пути встают охранники. Несколько высоких типов закрывают проход.
– Ты еще не вполне… освоился, – говорит мужчина. – Поэтому на первый раз я оставлю твое странное поведение без применения особых мер.
Я оборачиваюсь.
– По-хорошему отпусти, – говорю. – Все равно уйду.
– Ты уверен?
Я смотрю на него и не понимаю, почему этот тип показался мне похожим. Глаза. Да, точно – глаза. Но цвет не считается. Мы совсем разные.
– Я уверен, – отвечаю.
– Конечно, ты можешь уйти без моего разрешения. Никто тебя силой держать не станет, – говорит мужчина и делает знак охранникам, чтобы те уходили и не мешали. – Но справится ли твоя… хм, Тамара без моей помощи? Без денег. Без операций. Хватит одного звонка, и ее выпишут. Как думаешь, как долго она протянет дома без должного ухода? Или лучше поставить вопрос так – успеет ли она вообще доехать до квартиры?
– Ты что такое несешь?
Я наступаю на него. Кулаки сами собой сжимаются. А он только ухмыляется. Широко, самодовольно. И от него веет холодом похлеще чем от его чертового дома.
– Ты будешь жить здесь, Глеб, – продолжает мужчина. – А я обеспечу твоей Тамаре самое эффективное лечение. Отличная сделка, не находишь?
Не нахожу. Слов для ответа не нахожу.
Врезать бы ему. Прямо по роже. Но я будто наталкиваюсь на стену. Стою перед этим уродом и понимаю, что ни черта не сделаю. Придется терпеть.
Я не могу рисковать. Тамара должна жить. Я не могу допустить ошибку как с мамой. Если сбегу и попытаюсь заработать сам, вдруг не успею? Тупик.
– Согласен? – спрашивает ублюдок.
– Да, – говорю я.
И чувствую себя так, будто меня лопатой по затылку огрели. Мясник пулями всех тогда положил, а у этого гада оружие покруче. Деньги.
– Тогда приступим к твоему обучению. В этом доме есть свои порядки, и ты должен их соблюдать. От твоего послушания зависит то, как долго я буду оказывать финансовую помощь твоей Тамаре.
Я только киваю.
Все вокруг пытаются меня убедить, будто остальные дети только мечтают о таком повороте в жизни. Из простой семьи попасть к богачам. К аристократам. По щелчку перейти на высший уровень. Но я так не думаю.
Распорядок дня четко определен по часам. Тебе диктуют что, когда и как делать. Муштруют по минутам.
Только эти порядки ерунда. Меня напрягает другое. Никто не отвечает на мои вопросы про Тамару. Глист говорит много, но так, что ни черта не понятно. Слов полно, смысла ноль. Одна каша. Прямо блевать от его фраз тянет.
За пару дней в этой клетке я узнаю больше, чем за все прошлые годы.
Мой отец – Его Сиятельство князь Волков, и это уже звучит как полный бред. Сперва я реально не мог понять. Князь. Что за князь? Как в компьютерной игре?
Но суть мне начинают втолковывать сразу. Глист приводит сухонького старичка в очках, тот и разъясняет все насчет моих предков. Притягивает толстенную книгу, показывает там разные портреты.
Я потомок древнего рода. От этого пробивает на смех и сначала мне кажется, это все какой-то эксперимент. Помню, слышал про похожий фильм от других пацанов, но не смотрел.
А вскоре веселиться не тянет.
Правила. Везде правила. Бегать нельзя. Смеяться запрещено. Никаких эмоций напоказ. Перед домом огромный сад, но выйти и прогуляться по нему нельзя, причем причин никто и никогда не поясняет. Еда строго по часам, на кухню самому забраться не разрешается.
