– Кажется, раньше мы не встречались. – Перри протянул руку: – Я Перри Декейтер, работаю в институте. Прошу прощения за прерванный завтрак. Дело в том, что мы с Ханной – давние друзья.
– Рейф Мэдисон. – Рейф демонстративно обхватил обеими руками кружку с кофе, не замечая протянутой руки Перри. – О вашей дружбе с Ханной мне известно. Это я провожал ее домой среди ночи восемь лет назад, когда она решила пораньше закончить свидание с вами. Впрочем, вы об этом наверняка слышали.
Перри заморгал и опустил руку, но больше ничем не выдал растерянности.
– Какое совпадение! Мы собрались здесь втроем через столько лет!
– Да, жизнь – забавная штука, верно? – В глазах Рейфа появился алмазный блеск. – И чем же вы занимаетесь в нашем рассаднике мыслителей?
– Я вице-президент, глава финансового отдела и администрации.
Перри достал из кармана золотой футляр и вытащил из него визитную карточку. Рейф не прикоснулся к ней, и Перри ничего не осталось, как положить карточку на стол, рядом с банкой из-под сиропа. Перри взял свободный стул и оседлал его, повернув спинкой вперед. Непрошибаемая самоуверенность. Будто у себя дома. Ханна скрипнула зубами.
– Именно я имею дело со спонсорами и финансированием исследований, – продолжал Перри.
– Другими словами, клянчите наличные для института, – уточнил Рейф.
Ханна возвела глаза к потолку, но это не помогло. Если комментарий Рейфа и оскорбил Перри, то он сумел скрыть истинные чувства негромким смешком.
– Не все так просто, но сейчас объяснять некогда.
Ханна села на свое место.
– Говори прямо: зачем ты приехал, Перри?
– Я приглашаю тебя на прием в честь Тревора Торнли – он состоится в институте завтра вечером, – сообщил Перри.
– Благодарю, но я не охотница до приемов, – отозвалась Ханна.
– Это значительное событие, – возразил Перри. – Торнли намерен официально объявить о том, что он баллотируется в сенат.
– Ну и что?
Перри поджал губы.
– Видишь ли, когда я узнал, что ты в городе, я заверил директора института, что сумею затащить тебя на прием. Нам не помешает присутствие мисс Харт, если ты понимаешь, что я имею в виду. Твоя семья пользуется авторитетом в Эклипс-Бей.
Рейф хмыкнул и потянулся за кофейником. Ханна настороженно уставилась на Перри:
– Ты пообещал боссу привести меня на прием? И рискуешь получить нагоняй, если я не появлюсь?
Перри вздохнул.
– Ты оказала бы мне неоценимую услугу, Ханна. Завтрашний вечер чрезвычайно важен для моей карьеры.
– А кто еще значится в списке приглашенных?
Этот вопрос удивил Перри, но тот быстро справился с растерянностью:
– Все местные шишки, разумеется, а также все, кто поддерживал Торнли в предыдущих кампаниях. Еще мы пригласили видных жителей Портленда, от которых многое зависит. И самая большая наша удача – Том Лидд.
– Том Лидд из «Программных продуктов Лидда»? – уточнила Ханна.
– Он самый. – Перри безуспешно попытался напустить на себя скромность. – Я обхаживал его несколько месяцев подряд, убеждая финансировать исследователей института. То, что он согласился приехать завтра, – хороший, очень хороший знак! Если повезет, к концу недели его фамилия будет значиться в нашем списке спонсоров.
– Да, это твоя победа, – вежливо произнесла Ханна.
– Рыбу покрупнее Лидда подцепить не удалось. – В глазах Перри блеснуло предвкушение. – Если я вытяну из него хоть что-нибудь, мое положение в институте будет прочным, как скала. А когда Манчестер в следующем году выйдет в отставку, я окажусь первым в списке кандидатов на его пост!
– Ну и ну! – Ханна не обращала внимания на Рейфа, который насмешливо наблюдал за ней.
Перри усмехнулся:
– Будем считать этот возглас одобрительным. Насчет института у меня свои планы – большие планы! Я превращу его в одно из самых влиятельных социально-политических учреждений страны. Мы получим возможность продвигать своих кандидатов и тормозить чужих. Всем, кто мечтает о политической карьере, придется обращаться к нам за консультацией!
– Ладно, так и быть – обращусь, – пообещала Ханна.
Перри потрепал ее по руке так же снисходительно, как Уинстона по голове. Ханне захотелось отдернуть руку и обнажить зубы.
Судя по блеску в глазах Рейфа, он заметил ее неприязнь. Но Перри словно ничего не видел. Барьер был взят, он уже начинал подниматься.
– Завтра я буду очень занят, – бросил он, направляясь к входной двери. – Заехать за тобой не смогу. Может, встретимся прямо в институте? Скажем, в восемь? Оденься элегантно, но неофициально. Уверен, протокол тебе известен.
– Конечно, Перри. – Она проводила его до веранды.
Он помедлил, глядя поверх плеча Ханны и убеждаясь, что Рейф их не подслушивает, а потом конфиденциально понизил голос:
– Что у тебя общего с Мэдисоном?
– Наверное, ты уже слышал, что Изабель завещала дом нам обоим. Мы с Рейфом решаем, как с ним поступить.
Между бровями Перри залегла морщинка.
– Об этом завещании известно всему городу. Должно быть, Изабель перед смертью впала в маразм. Почему бы тебе не обратиться к юристам?
– Рейф не хочет втягивать их в это дело.
