День был длинным, насыщенным, и глаза начали слипаться. Сначала я просто собирался съехать на обочину и поспать пару часов, но молния, расколовшая горизонт, изменила планы. Оказаться под ураганом в открытом поле – самоубийство.
Вскоре сбоку показались строения, и я не раздумывал – свернул на грунтовку.
Это был хутор. Здесь такие называют Салашами. Гараж, двухэтажный дом, хлев в стороне. Всё пустое, заброшенное. Если хозяева и появлялись, то только во время сельхозработ. До войны.
Мы загнали машину в гараж.
– Разогреем консервы и поужинаем, – сказал я, доставая примус и флягу с водой.
Девушка молча кивнула.
– Кстати, как тебя зовут? Мы целый день вместе, а ты так и не представилась.
– Хельга. А тебя Алекс, я знаю.
Она сказала это с лёгкой улыбкой, пока переодевалась в стороне.
– Ну, раз знаешь – прекрасно. А теперь расскажи, как ты сюда попала.
Мы уселись у примуса. Умница уже наелась и свернулась рядом.
– Хорошо, но сначала давай разведём небольшой костёр, – сказала Хельга. – Я приготовлю кофе. Не люблю темноту, да и холодно.
– Почему бы и нет, – пожал я плечами.
Я видел во дворе поленницу дров. Через час мы уже сидели у огня. Я – со спальным мешком, сигаретой и кружкой кофе в руке. Хельга – напротив, напряжённая, но явно собирающаяся заговорить.
Умница лежала рядом, положив голову мне на колени, но периодически поднимала уши, прислушиваясь к чему-то за воротами.
Я поставил сигнальный датчик на въезде. Прапорщик мне его дал. Маленький монитор в кармане загорится и подаст сигнал, если кто-то пересечёт невидимую границу.
– Я младший научный сотрудник, – наконец сказала Хельга. – Мы с Эриком и ещё семью специалистами работали на одном частном проекте. В живых остались только мы двое.
Она посмотрела на меня, словно оценивая, насколько можно мне доверять.
– Нам нужно было топливо для генератора. Мы отправились за ним. По дороге нас пытались ограбить, но мы отбились. Правда, потеряли прицеп с дизелем. Пришлось искать всё заново.
Она сделала глоток кофе и продолжила:
– Пока искали, Эрик познакомился с девицей. Она работала в ночном клубе и оказалась из Восточной Европы. Рассказала, что у них в заведении был генератор и запас топлива.
– И вы поехали туда?
– Да.
Хельга усмехнулась.
– Эрик всё больше времени проводил с этой девушкой. Когда мы заночевали в пригороде Румы, он увёл её подальше, а я пошла осмотреть окрестности чтобы им не мешать. Вошла в магазин с выбитыми окнами, а в этот момент подъехали бандиты. Они взяли меня без боя.
Она замолчала, потом спокойно добавила:
– Меня отвезли в Шид. Там передали заместителю Мухаммеда. Он меня несколько раз изнасиловал. Потом избил. Потом сделал наложницей.
Она говорила это так же буднично, как если бы рассказывала про испорченный ужин.
– В Шиде я пробыла три дня. Попыталась сбежать, но меня поймали и жестоко избили. А потом появился ты.
Она замолчала.
Я молчал тоже.
Что-то в её рассказе не сходилось.
Она не выглядела, как жертва. Не было истерики, злобы, горечи. Будто это вообще не с ней произошло.
Как будто парень рассказывает, как по глупости нарвался на драку, в далёком прошлом.
Но я не стал задавать вопросы.
У всех есть темы, о которых не хочется говорить.
– Вещи на заднем сидении… Они были в джипе, когда я его нашёл, – Сказал я девушке, когда она замолчала. – Там ещё какие-то тряпки из секс-шопа валялись. Их мы выкинули.
– Это просто тряпки, но остальное – оборудование. Без него лаборатория просто пустое место.
– Лаборатория? – переспросил я.
– Да.
Я спросил последний вопрос скорее для поддержания разговора. Интереса не было.
– До всего этого частная фирма собрала группу для исследования… – она запнулась, подбирая слова, – …аномалий.
– Каких?
– Некоторых расхождений с нормальными свойствами вещей.
Я посмотрел на неё внимательно.
– Когда доберёмся, я тебе всё объясню, – сказала она.
В этот момент на мониторе вспыхнул сигнал тревоги.
Я быстро посмотрел на изображение.
На экране, в черно-белых тонах, двигалась цепочка людей.
Все с оружием.
Я схватил сумку с боеприпасами и в полной темноте пересёк двор, натягивая ночник и заряжая подствольник.
– Собаку оставь в машине. Жди моего сигнала. Когда скажу, выезжай в сторону поля, меня подберёшь по дороге. – Шёпотом проговорил я на одном дыхании.
Она кивнула.
Я сосредоточился на экране.
Как они нас нашли?
Вероятно, в машине был жучок.
Первая граната легла удачно. Взрыв осветил фигуры нападавших, и я дал короткую очередь.
И тогда начался ад.
Со стороны дороги открыли огонь.
Их было человек тридцать.
Почти сразу подключился пулемёт.
За спиной стены затряслись от попаданий.
Я вскрикнул, пытаясь изобразить попадание, и замер.
Если у них есть ночники или тепловизоры – конец.
Выстрелы прекратились.
Кто-то выкрикнул команду.
Я послал ещё три гранаты ориентируясь на голос и очередь из автомата.
В этот момент в плечо ударило что-то горячее. Пуля ударила раскалённым ломом, развернула и бросила меня на спину.
Из разгрузки вытащил шприц-тюбик с морфием и вколол в бедро, прямо через штанину.
Последнее, что увидел, – как что-то летит прямо на меня.
Потом был взрыв.
И наступила тишина.