К сожалению, этих негативных качеств не разглядел в юноше Эдуард I, когда определял его в свиту своего непутевого отпрыска. Он надеялся, что дружба с таким блестящим молодым человеком благотворно скажется на характере наследника трона. Но здесь король жестоко просчитался. Был Пьер Гавестон любовником Эдуарда Карнарвонского или же это досужие домыслы более поздних времен — сказать сложно. Но не подлежит никакому сомнению, что гасконец быстро приобрел неограниченное влияние на принца, чья чрезмерная привязанность к его особе вскружила ему голову. Гавестон видел в Эдуарде неиссякаемый источник всевозможных благ и надежную защиту от тех, кому Пьер успел досадить своей наглостью и дерзостью.
Эдуард I вместе с сыном выехали в Карлайл к месту сбора армии. Вместе с ними отправилась и юная королева Маргарита. Она сопровождала мужа до самого Северного Йоркшира, но там ее путешествию пришел конец. В маноре Бразертон 1 июня 1300 года, ровно через девять месяцев после свадьбы она родила сына, которого назвали Томасом в честь святого Томаса Бекета. Этому святому Маргарита постоянно молилась о счастливом разрешении от бремени. Королева обожала драгоценности, внимательно следила за малейшими изменениями моды. Поэтому и Томаса Бразертонского буквально с пеленок одевали в шикарные наряды. Он спал в колыбельке, задрапированной алыми и синими шелками. К нему был приставлен целый штат слуг — несколько десятков человек.
Оставив Маргариту с младенцем в Бразертоне, два Эдуарда продолжили свой путь в Карлайл, куда прибыли 25 июня 1300 года. Армия была расквартирована в самом городе, а в 25 километрах от него, в заливе Солуэй стоял наготове флот из пятидесяти восьми судов.
Войско двинулось в поход 4 июля. Его целью король избрал Галлоуэй, где сосредоточились основные силы мятежников. Погода была отвратительной — дождь лил не переставая. Местные жители, едва завидев на горизонте армию Эдуарда I, покидали свои дома и угоняли скот в горы. Тем не менее даже лишенные возможности «кормиться с земли» англичане без особого труда захватили Экклфехан и Лохмабен. Затем они повернули в Дамфрис, дошли до устья реки Нит и обложили замок Карлаверок. Осада затянулась на неделю лишь потому, что король не желал зря губить жизни своих солдат и ждал прибытия осадных орудий. Как только они были пущены в действие, крепость пала. Это случилось 15 июля.
События вокруг взятия города легли в основу известной поэмы «Осада Карлаверока», написанной безымянным очевидцем на французском языке. В ней скрупулезно перечислены все рыцари, принявшие участие в осаде, описаны их роскошные наряды из богато расшитых тканей, великолепные баннеры и пенноны на копьях. В поэме дана детальная картина английского лагеря, в котором было разбито множество великолепных шатров — и белых, и цветных. Земляные полы в них устилались свежими, только что сорванными цветами. Те, кто не мог себе позволить такое дорогое удовольствие, как шатер, наспех возводили временные хижины, для постройки которых были вырублены все окрестные деревья.
Как поступил Эдуард I с пленниками, достоверно неизвестно. По этому поводу существуют две полярные точки зрения современных ему хронистов. Монах-августинец из Ланеркостского приорства, что расположено в каких-то 60 километрах от места действия, писал следующее: «Также взял он замок Карлаверок, который отдал сэру Роберту де Клиффорду, и приказал он многих из тех, кто находился в замке, повесить»[136]. А вот автор упоминавшейся уже поэмы «Осада Карлаверока» свидетельствовал о прямо противоположном: «И вот число тех, кто вышел из него (замка. —
Из Карлаверока армия двинулась на запад. Неожиданно в расположение войска прибыло шотландское посольство, которое совершенно несообразно с текущей ситуацией потребовало от Эдуарда I не только освободить Джона Балиола, но и вернуть отобранные у шотландских лордов земли. Естественно, король даже не соизволил дать ответ на столь дерзкие претензии. У Туайнема передовой английский отряд неожиданно наткнулся на шотландцев. Преодолев первоначальное замешательство, англичане вскоре перешли в контр-атаку, обратили врага в бегство и даже захватили в плен сэра Роберта Кейта, наследственного маршала Шотландии.
