Несколько иначе обстояли дела в Германии, в которой политическая жизнь вращается вокруг пивных и закусочных. Немецкая рабочая партия, как известно, была создана 5 февраля 1919 года в мюнхенской пивной «Штернекенброй», где объединились Политический рабочий союз с Союзом независимых рабочих. У ее истоков стояли слесарь Антон Дрекслер и журналист Карл Харрер, к ним присоединился Адольф Гитлер, и партия начала свое завораживающее и чудовищное шествие по временному пространству XX века.
Процесс создания Национал-большевистской партии не был одномоментным. За основу могло быть взято несколько дат, как то:
1 мая 1993 года — день подписания Лимоновым и Александром Дугиным приказа о создании Националболыпевистского фронта.
8 сентября 1993 года — день регистрации НБП в Минюсте в качестве общественной организации.
28 ноября 1994 года — день выхода первого номера газеты «Лимонка».
С философом Александром Дугиным, участником эзотерических кружков московского подполья в 1970— 1980-е годы, побывавшим членом общества «Память» и РНЕ, а также считавшимся главным идеологом российских «новых правых», Лимонов познакомился в 1992 году на вечере газеты «День». Они немедленно нашли общий язык и составили политический союз.
Как образно выражался Дугин, в их тандеме Лимонову отводилась роль короля Артура, то есть политического лидера, а самому Александру Гельевичу — Мерлина, жреца, ловца душ и идеолога.
«Мерлин», владеющий восемью языками, выступал первооткрывателем целых идеологических пластов. Автор наряду с другими партийцами зачитывался его журналом «Элементы», узнав из него о существовании философов-традиционалистов Рене Генона и Юлиуса Эволы, геополитиков Карла Хаусхофера и Карла Шмитта и многих других важных имен для интеллектуальной карты Европы XX века.
Впоследствии стало понятно, что Дугин — не столько самостоятельный мыслитель, сколько толковый компилятор, соединявший различные теории и идеи, а также популяризатор несистемных западных философов. Что нисколько не отменяет ценности этой его деятельности.
Но главное — именно Дугину партия обязана своим названием и представлением о национал-большевизме и его истории.
Исторически своими корнями национал-большевизм восходит к Советской России и Германии 1920—1930-х годов[5]. Национал-большевиками называли тех русских интеллектуалов и общественных деятелей, кто принял советскую власть, считая ее действующей в традициях русской истории. Наиболее известной фигурой среди них был бывший кадет и участник Белого движения Николай Устрялов, который, находясь в эмиграции, пересмотрел свои взгляды и с удовлетворением описывал эволюцию советской власти в имперском направлении. Выделяют также встречное течение в самой партии большевиков, апеллировавшее к русской истории, к патриотизму и отчасти восторжествовавшее при Сталине.
Что до немецких национал-большевиков, то их отцомоснователем считался Эрнст Никиш. Они призывали к союзу с Советской Россией в борьбе с американским и английским капитализмом, к строительству евразийской империи на социалистических началах. Здесь было принципиальное отличие от национал-социалистов. Никиш написал после их прихода к власти книжку «Гитлер — злой рок для Германии», за что и угодил в концлагерь.
Национал-большевистская идеология не имеет своего центрального труда, вроде «Капитала», и представляется довольно эклектичной. Вместе с тем было важно, что она имела свою традицию, что ее разделяли выдающиеся интеллектуалы своего времени, а главное — что она носила живой, творческий характер. Отцы-основатели не боялись скрещивать нескрещиваемое и создавать удивительный для современников синтез право-левых идей. Так и Лимонов с Дугиным не боялись объединения понятий о социальной и национальной справедливости, сближения левых и правых радикалов против системы. Как видно, для Эдуарда это было вполне естественно — такой же синтез он пытался осуществить ранее во Франции, хотя и не преуспел. В России начала 1990-х годов жизнь была разнообразнее, а простор для деятельности оказывался шире, хотя быстро укреплявшаяся государственная машина вскоре мало что оставила от этого буйства цветов и красок.
Вторым важным постулатом национал-большевизма, передавшимся сквозь десятилетия истории, стала приверженность идее единого евразийского пространства. Поэтому даже в годы союзов с либералами и восстания против власти нацболы видели себя действующими в интересах большой России в границах Российской империи и СССР, а не против нее. Именно так понималась национальная справедливость, с борьбой за это связана вся партийная история.
Приказ о создании Национал-болыпевистского фронта Лимонов с Дугиным набросали буквально на коленке на Горбатом мостике возле Белого дома после первомайской демонстрации 1993 года. То шествие стало одной из пиковых точек в противостоянии режима и вышедших на улицы граждан. После столкновений с ОМОНом на Гагаринской площади более двухсот человек оказались в больницах, а один страж порядка погиб.
«Приказ № 1. О создании Национал-болыпевистского фронта.
