Прекрасный сад, хотела бы я его увидеть весной и летом. Октябрь, ноябрь, декабрь, январь, февраль, март… Мое задание закончится в марте. Большей части красоты я уже не увижу. Но может, если я отлично выполню миссию, то мне будет разрешено приехать один раз и попасть сюда? Всего один раз.
Мой взгляд привлекло одно деревце. Тоненькое, как будто почти высохшее. Я подошла и закусила губу. Это было вишневой дерево. Одно одинешенько, больше здесь не было никого из его семьи. Наверное, поэтому и завяло. Кому захочется жить в одиночестве?
Я любила цветение вишни, на одной из миссий я побывала в Рубие. Красивая страна, туда специально приезжают весной ради цветения вишни. Все улицы преображаются, как будто все наполняется воздушными розовыми облаками, а затем нежным снегом падает на землю.
— Задаешься вопросом, почему это дерево еще не выкорчевали из королевского сада?
Голос Шафрана раздался за моей спиной. Незаметно подкрался. Почти не заметила. Я медленно обернулась и пожала плечами.
— Была удивлена увидеть здесь вишню.
— Почему ты стояла именно тут? — нахмурился он.
— Ей было одиноко, — ответила я.
— Ты решила составить компанию дереву? — иронично спросил он.
— Нет, ваше величество. Но я люблю вишню, и плоды ее, и цветы, и сами деревья.
Он странно посмотрел на меня, но ничего не ответил.
— Так что ты хотела обсудить?
Я распрямила плечи и сразу перешла на деловой тон.
— Мне нужны списки, с кем вы общаетесь из дам. Кроме тех, что вам сватают. Эти списки я уже изучила.
— Например такие как Лизари.
— Именно.
Он устало вздохнул и присел на лавочку около дерева, не глядя, просто смотря на дерево, словно сотню раз уже делал так.
— Ладно, я составлю тебе их.
— И если кто-то будет появляться в ваших покоях, тоже хотелось бы знать.
— Ты страшная женщина! — ухмыльнулся он.
— Обычно мне говорят, что я красивая, — равнодушно ответила я.
— Я говорил не о твоей внешности, а о твоем характере.
— Это не характер, а профессионализм, ваше величество.
— Я бы не завидовал твоему мужу.
— Мужу? — эхом переспросила я. — Вы считаете, он у меня будет? У ассасина?
— Твои родители же завели тебя с братом.
— Исключение, нежели правило.
— Никогда не хотела бросить свою работу?
— Нет.
— Потому что ты не знаешь, кто ты без нее? — устало спросил он.
— Что? — Вот сейчас я не поняла, на что он намекает.
— Ты сказала мне тогда, что у тебя за спиной много опыта, миссий, а у меня ничего. Но забери у тебя работу, что ты будешь из себя представлять?
— Я хороший друг, — ответила я ровным тоном. Захотелось себя оправдать.
— А много у тебя друзей?
— А их должно быть много?
— Нет, ровно столько, чтоб не было одиночества.
— Не понимаю, к чему вы клоните.
— Ты все понимаешь, ты ведь очень умная.
— Вы хотите меня задеть? — спросила я напрямую.
— Задеть? — спросил Шафран и слегка посмеялся. — Зачем мне это?
— За то, что я вам наговорила тогда.
— Ты правда думаешь, что твои слова могли проникнуть в меня?
— А зачем вы повысили голос тогда?
Он хотел что-то сказать, но как будто споткнулся. Ветер слегка колыхал мои волосы, а я смотрела на него из-под опущенных век. Слегка наклонила голову вбок и улыбнулась одним уголком губ.
— Молчите, потому что знаете, что я права.
— Ты всегда так пренебрежительно общаешься?
— Вам кажется.
— Вот и нет! В тебе есть эмоции?
— Разве я не показала вам их, когда назвала вас идиотом?
— Ах эти… эмоции. Связанные с работой и твоим делом. Не считается. Ты без работы холодная, ненаполненная, одинокая.
— Я не буду вам ничего отвечать, — пожала я плечами. — А то вы снова выгоните меня, а это помешает заданию. Видеться мы должны часто. Обсуждать, разговаривать, проверять теории.
— Хорошо, приходи, когда хочешь. Единственное… Не врывайся, когда я с девушкой.
— Как я пойму, что вы с ней?
— Я… буду оставлять знак.
— Знак?
— У меня есть стол в гостиной. Я велю поставить туда вазу и буду сам ставить туда цветы.
Я насмешливо посмотрела на него, какой забавный знак.
— Если там будут цветы — значит я с девушкой.
— Хорошо, но ведь есть разговоры, не требующие отлагательств.
— Тогда, если я буду с девушкой, с которой меня можно прервать — это будет желтая лилия, если не желательно, но все-таки никак, то цветы лайма. А если никак нельзя прерывать, то фиолетовая орхидея.
— Хорошая идея, — кивнула я.
Он удивленно посмотрел на меня. Да, я умею хвалить. И не смотри так на меня, будто от меня можно ждать чего угодно, но не добрых слов.
— Как вы это придумали? — решила я переменить тему.
— Я, все-таки, получил обучение в штабе ассасинов. Тоже кое-что понимаю.
— Тогда должны понимать, что у вас там творится бардак.
— Да, знаю. Но после кадровых перестановок и ухода Ральдена не получается все восстановить. Не знаю, как получилось у моего отца.
— Он был властным.
— Да, — согласился Шафран. — И тираном.
— Но немного властности вам не помешает.
Он удивленно посмотрел на меня, подняв брови, и я решила добавить:
— Там, где это нужно. Отложите на полгода свои занятия по изучению талантов и тайных знаний кланов.
— Не могу.
— Почему?
