— Во сколько лет ты первый раз убила?
— В четырнадцать, — спокойно ответила я. Эта тема не являлась для меня больной.
— Ты была очень юной.
— Я и сейчас не старая. Мне двадцать один.
— Это верно. Ты очень молодая.
Я дернула уголком губ и откусила эклер.
После ужина Шафран показал мне книжные полки, тут было много книг, в частности про старые кланы.
— Вы здесь часто бываете? — спросила я его.
— Стараюсь выбираться, домик наполняет меня кислородом, открывает второе дыхание.
Я открыла первую попавшуюся книгу, там был описан какой-то старинный ритуал, связанный с тигром. На иллюстрации была изображена девушка, стоящая на спине огромного хищника, а в зубах она держала меч.
— Это Лара? Жена правителя Кароса?
— Нет, — покачал он головой. — Это ее мать. Она владела соединением сознания со зверем.
— Интересная информация.
— Да, и утерянная. Тут есть лишь описания, что они могли. А вот как их народ это делал… неизвестно.
— Я уверена, что вы сможете найти еще информацию и вернете много потерянных знаний. — Я говорила совершенно искренне, я правда верила в него.
— Если со мной ничего не случится, — горько усмехнулся он.
Я положила руку ему на плечо, чтоб приободрить, и почувствовала какой он горячий. Он резко посмотрел на меня. А в светло-зеленых глазах плескалось удивление. У меня спине пустили как будто электрический разряд. Мне захотелось провести по плечу дальше, до шеи, но я сдержалась и смотрела прямо в глаза.
— Я верю, что вы будете мудрым королем, сможете навести порядок в стране и внесете большой вклад в развитие международной культуры и истории.
— Почему?
— Просто верю.
Он резко выдохнул. Глядя на меня с какими-то неизвестными мне эмоциями. Его ладонь накрыла мою руку на его плече. Я вздрогнула, не понимая, что происходит. Вторую руку он положил мне на плечо, а затем скользнул на плечи, шею и… притянул меня к себе.
Его дыхание опалило мне лицо, а затем он накрыл мои губы поцелуем.
Настойчивым, сильным, но невероятно нежным. Как это сочеталось в нем? Я не могла ответить на эти вопросы.
Шафран пах шафраном. Как пряность, слегка горьковатая, чуть землистая. Теплая. Здесь пробивались нотки лакрицы и… карамели. Хотелось вдохнуть глубже.
Все внутри кричало «Да». Я захотела прижаться ближе, плотнее. Ощутить себя в объятиях сильного мужчины и потеряться. Забыть, значение таких слов как «самообладание», «хладнокровность», «уравновешенность». Но я — Николетт. Я никогда не забываю, кто я.
А Шафран тем временем вторую руку положил мне на щеку и шею, поглаживая мой висок большим пальцем. Меня никогда не гладили так нежно! Мне захотелось заплакать.
Но реальность ударила меня по голове. Задание, Карос, король… и я вспомнила все разговоры, что были между нами.
Шафран отшатнулся от меня, расширив глаза от изумления и прижал руку к левой щеке. Потому что я отвесила ему пощечину.
— Что вы делаете? — я еле сдерживалась, чтоб не начать кричать.
— Я не знаю… что на меня нашло, — растерянно пробормотал он.
— Вы! — сказал я дрожащим голосом. — Отчитывали меня как маленькую! Называли глупой, несносной.
— Николетт. — Это звучало так умоляюще.
— Нет! Замолчите! Вы видели, как я целуюсь с барменом и решили, что я легкодоступная?
— О, Судьба! Нет! Послушай, меня.
— Я не хочу, — покачала я головой разочаровано. — Вы считаете, что если я решила один раз сходить в бар, если я не стесняюсь некоторых публичных проявлений, то… со мной можно так? Вы поэтому меня позвали в домик? Посчитали, что я соглашусь с вами разделить постель? Затащите меня в койку?
— Нет, Николетт. Я не думал об этом.
— Я думала, что вы хотите наладить доверительные отношения.
— Так и есть.
— Не лгите мне! Вы устроили этот ужин вдали от чужих глаз, рассчитывая на то, что я — девушка легкого поведения?!
— Николетт…
Он снова приблизился ко мне и хотел взять меня за руку, но я ее отдернула и отшатнулась.
— Не трогайте меня. — Я гневно посмотрела на него. — Никогда не смейте ко мне прикасаться без моего разрешения! Вы ошиблись на мой счет.
— Николетт, — наконец повысил он голос, но это был не то крик, не то мольба. — Я прошу прощения у тебя за все те слова, что наговорил. Я очень ошибся в тебе.
— Вы ошиблись и сегодня! Я всегда сама выбираю в своей жизни абсолютно все. И с кем целоваться тоже. И с вами целоваться я не выбирала!
— Прости меня, пожалуйста. Я не знаю, что на меня нашло. Я не хотел. Не планировал. Ты…
— Заткитесь!
И он действительно замолчал, смотря на меня взглядом, полным боли.
— Не смейте, — почти рычала я. — Не смейте меня трогать больше. И никогда не думайте о том, что я могла бы вам что-то позволить! Вы унизили меня своими словами ранее, а сегодня поступком.
Он молчал, сгорбился и стоял неподвижно на месте, а я продолжала:
— Я закончу эту миссию. Мы будем с вами еще много видеться, обсуждать, проверять все. Но… никогда. Слышите, никогда не думайте обо мне так, как сегодня! Вы для меня умерли как мужчина.
