— Вы о том, есть ли вампиры на самом деле?
Я кивнула.
— Мое глубокое убеждение — нет! Это своего рода культ, образ жизни, никак не связанный с необходимостью пития человеческой крови. Однако я вынужден признать: культ весьма популярный, как и все таинственное!
— Дэн мне столько всего рассказал, что у меня прямо-таки волосы на голове шевелились от его откровений! Я подумала: может, вы сталкивались в своей практике с похожими проблемами, ведь все эти «маскарады» — следствие каких-то психических отклонений, да?
— Ну, я бы не стал так категорично это утверждать, — возразил Павел. — В самых крайних своих проявлениях — несомненно, да, но ведь есть и более спокойные люди, которым просто хочется ощущать себя «иными», им нравится вся эта атрибутика и прочее. С так называемыми вампирами я, конечно, не сталкивался, зато мне встречались кое-какие истории болезни, схожие по симптоматике. К примеру, есть такое понятие — аутовампиризм.
— Что это такое?
— Питье собственной крови — как результат психических отклонений личности. Также существует синдром Ренфилда, выражающийся в психологической потребности в питье крови.
— Не физиологической? — уточнила я.
— Именно — всего лишь психологической. Еще этот синдром называют «клиническим вампиризмом». Строго говоря, это антинаучная теория, так как даже термин «синдром Ренфилда» не имеет никакого отношения к психиатрии: он взят из романа Брема Стокера о Дракуле, где существует такой персонаж, психологически одержимый жаждой крови. По Ренфилду, а вернее по Стокеру, синдром сей имеет четыре стадии: травма, имевшая место в детстве, аутовампиризм, зоофагия, то есть употребление в пищу крови животных, и, наконец, собственно вампиризм. Также Стокер утверждал, что данная болезнь впоследствии затрагивает не только психику, но и физиологию. Мне лично не доводилось общаться с людьми, имеющими этот диагноз, но я знал одного профессора, который построил себе на этом карьеру и написал две диссертации, крайне популярные на Западе. Известно и такое понятие — гематофилия. Она имеет эротическую природу и выражена опять же в психологической потребности в созерцании, ощущении запаха и вкуса крови.
— Отвратительно! — поморщилась я.
— Пейте коньячок, Агния, — посоветовал Павел, пододвигая ко мне бутылку «Полиньяка» и бокал.
Я последовала его рекомендации и, плеснув себе щедрую порцию, отпила большой глоток.
— Лучше? — доброжелательно поинтересовался он.
— Кажется, да.
— Зато я сам, лично, встречался с пациентами СМС!
— Чего-чего? — переспросила я, решив, что ослышалась.
— Это не те СМС, к которым мы все привыкли с появлением мобильных телефонов, Агния. СМС в психиатрии означает Self-Mutilation Syndrome, или «синдром саморазрушения». Это такое физиологическое состояние, весьма широко распространенное среди представителей неблагополучных слоев молодежи. Страдающие СМС часто именуются «резчиками» и склонны к тому, чтобы наносить себе порезы и наблюдать за процессом потери собственной крови. Некоторые из них при этом и употребляют кровь в пищу, но такие случаи весьма редки. И еще мне известны ситуации, когда люди считали себя так называемыми тантрическими вампирами.
— А этих-то с чем едят?
— Они считают, что питаются сексуальной, или тантрической, энергией, вырабатывающейся в результате эротического возбуждения или сексуальной активности личности. Кстати, кровь как носитель энергии участия в ритуале не принимает. Что вы слышали о суккубах, Агния?
— Это, по-моему, термин, применяемый в отношении женских демонических существ?
— Верно! — обрадовался Кобзев. — В Средние века верили, что суккубы посещают мужчин во время их сна и питаются их сексуальной энергией. У меня была одна-единственная такая пациентка, и, признаюсь, она стоила целой психиатрической клиники! Однако, Агния, у меня лично создалось впечатление, что то, с чем мы имеем дело сейчас, не имеет никакого отношения к психиатрии. Люди, с которыми начали общаться Денис и Дэн, не являются психически ненормальными. В противном случае речь шла бы о коллективном сумасшествии, что встречается крайне редко. Нет, мне думается, эти ребята объединены исключительно вампирской субкультурой и желанием приобщиться к чему-то интересному и таинственному. Другое дело, что любая субкультура нуждается в подпитке — и моральной, и финансовой, и вот в последней-то как раз и кроется настоящая опасность.
— Но какую же материальную выгоду можно извлечь из вампиризма? — с недоумением спросила я.
— Возможно, вашим детишкам удастся это выяснить?
